Статистика:

Search

  • 22Май

    Оказывается, что нет: горизонталь­ные пояса ниш известны в Новгороде уже в церкви Иоанна Милостивого 1421 г., а крупные фасадные ниши с полуциркульным завершением использованы в церквах Петра и Павла 1406 г. и Симеона 1468 г. Надо оговориться, что наибо­лее широкое распространение ряды пятиуголь­ных ниш получили во второй трети XVI в., но применялись они в трапезных, архитектурная манера которых совершенно не соотносится с изучаемой трапезной. Крупные фасадные ниши существуют в памятниках 30—40-х гг. XVI в., но они имели килевидную форму. К сожалению, форма окон в трапезной недостаточно инфор­мативна.

    В изображении трапезной нет и намека на перекрывающие ее своды. Строительство церкви было начато в великий пост 1457 г., который начался в 20-х числах февраля. В житии указано, что монахи устраивали трапезу на Пасху, которая в этом году была 17 апреля, в еще недостроенном здании, а церковь была расписана уже к Духову дню, который в том году был 6 июня, и дню памяти Иоанна Богос­лова (справляется 8 мая, 30 июня и 26 сен­тября). Вероятно, Пахомий Серб, запомнив даты, относящиеся к сооружению трапезной, несколько перепутал соответствующие им события.

    Трудно себе представить, что крупное каменное здание, даже и без росписи, могло быть возведено за три весенних месяца, а строительство могло бы начаться в феврале. Пасха 17 апреля — весьма подходящее время для закладки первого камня фундамента, рвы для которого могли быть вырыты за две-три недели до этого, то есть тогда, когда земля уже разморозилась. На Духов день, 6 июня, монахи уже могли совершать трапезу в пустой коробке здания, а окончены работы были до 26 сентября, когда в день памяти Иоанна Богослова расписан­ная церковь могла быть освящена.

    Строительство в Новгороде прекращалось в конце сентября — начале октября. Роспись церкви занимала, наверное, не менее двух месяцев, тогда перекрытия должны были быть готовы к концу июля. Учитывая отсутствие у новгородских мастеров опыта в возведении сво­дов пролетом более 4 м, явно недостаточных для трапезной, и малые сроки строительства, считаем допустимым сделать предположение о наличии в Вяжищской трапезной деревянных перекрытий. Их устройство могло значительно ускорить ход работ. Ничего неожиданного в таком перекрытии для XV в. нет. В наиболее

    ранних из дошедших до нас трапезных первой трети XVI в. были именно такие перекрытия. В более позднее время, вторую половину XVI в., они делались уже каменными. Приведен­ные выше рассуждения заставляют думать, что на гравюре Хутеериса изображена трапезная 1457 г.

    У западного фасада трапезной показан высокий одноэтажный дом с двускатной кры­шей. На фронтоне его — четыре узких окошка. Под ними — карниз или декоративный пояс. Фасад разделен лопатками на два прясла, в каждом из них большое окно. Лопатки «стя­нуты» двойными висячими арками. За фронто­ном видны три или четыре высокие печные трубы. По-видимому, это монастырская поварня. Ее архитектурные формы, особенно сдвоенные висячие арки, очень характерны для середины XVI в. Угловое положение поварни относительно главного объема трапезной, напо­минает аналогичный угловой объем Троицкой трапезной 1556 г.

    За апсидой трапезной видна высокая, квад­ратная в плане двухъярусная колокольня. Пер­вый ее этаж имел лопатки и цоколь. Три карниза — междуэтажный, в пятах арок звона и завершающий — создавали пластически богатый архитектурный образ. Плоское завершение строения позволяет предположить утраченный деревянный шатер. На колокольне, видимо, находились часы, от которых к 1617 г. остались «часовые колеса и станок столбцы в россыпи». Архитектурные аналоги колокольне датируются второй половиной XVI в: колокольни Клопского Троицкого собора (1562—1569 гг.) и Покровской трапезной Свирского монастыря (1570—1580-е гг.). В 1618 г. на Вяжищской колокольне было 8 колоколов: два XV в., по одному 1545 г., 1591 г., 1589—1607 гг., остальные не датиро­ваны. Отливка двух наиболее крупных колоко­лов в 1590-х гг. позволяет предположить, что колокольня построена около 1590 г.

    Итак, несмотря на гипотетичность некото­рых изложенных предложений, превосходная гравюра из книги голландского дипломата дает возможность значительно расширить наши зна­ния о русской архитектуре XV—XVI вв.: пред­ставить себе собор 1437 г., относящийся к сла- боизученному периоду в архитектуре Новго­рода, и трапезную 1457 г., одну из древнейших в России.

    Д. А. ПЕТРОВ, архитектор

    Примечание

    1Малков Ю. Г. Новгородская земля в рисунках Антониса Хутеериса./(1 61 5 г.)//Древний Новгород. Искусство, история, археология.—М., 1983.—С. 338-353.

    Пользуясь случаем, выражаю искреннюю при­знательность Ю. Г. Малкову, предоставившему мне четкую фотографию гравюры, на которой видны детали, пропавшие при ее публикации в сборнике «Древний Новгород».

    Posted by admin @ 4:33 пп

Comments are closed.