Статистика:

Search

  • 12Ноя

    Первая деревянная церковь во имя иконы Пресвятой Богородицы Живоносный источник была построена еще при боярах Голицыных, владевших усадьбой в 1683-1689 годах. Ныне существующий храм в стиле «елизаветинского барокко» был воздвигнут уже при новых владельцах, Кантемирах, в 1759-1765 годах. В 1883-1885 годах храм подвергся частичной перестройке по проекту архитектурного бюро П. Н. Лавина.

    Послереволюционная судьба церкви в Царицыне традиционна для многих российских храмов. Церковь была закрыта в 1932 году и использовалась как производственное помещение.

    В 1989 году она была передана верующим, отреставрирована на частные пожертвования, а в 1990 году ее освятили.

    От дореволюционного убранства храма остались росписи конца XIX — начала XX века, выполненные в академическом стиле, а также элементы барочного декора XVIII века и неорокайльная лепнина XIX века. Наиболее полно сохранились росписи четверика храма, включая алтарную часть. Уцелели также некоторые росписи и их фрагменты в северном и южном приделах и в арке, ведущей в трапезную. При закрытии храма иконы частично были унесены верующими, а частично разграблены, иконостас разобран. Лишь немногие иконы дореволюционной эпохи попали в музейные собрания — большая часть икон XVIII века праздничного чина иконостаса находится в музее-заповеднике «Коломенское». По свидетельству членов церковного совета, лишь икона XIX века «Богоматерь Знамение» возвратилась из дореволюционного храма (ныне находится справа при входе в четверик). Остальные иконы XVII—XIX веков подарены прихожанами или приобретены церковной общиной.

    Сразу после реставрации храма начались работы по восстановлению его убранства. Созданием росписей в 1990 году занялся живописец А. М. Соколов. В 1991-1995 годах он выполнил все наружные росписи церкви, дома причта, а также внутренней шиферной иконы над источником в часовне в технике настенной живописи водостойкими силикатными красками. А. М. Соколов выполнил также цикл настенных росписей «Изгнание из рая» в северном притворе храма, примыкающем к подкупольному пространству, цикл росписей пророка Моисея, «Лествицу Иакова», «Побиение камнями Св. Стефана» и «Усекновение главы Иоанна Предтечи» в южном притворе (живопись акриловыми красками). В 1996-1998 годах мастер написал все иконы в иконостасе, включая храмовую икону Пресвятой Богородицы Живоносный источник, а также некоторые иконы в боковых киотах. В своем творчестве художник опирается на традиции русской иконописи XIII—XVII веков, избегая, однако, слепого копирования каких-либо конкретных образцов или школ*.

    *О взглядах А. М. Соколова на творчество и религиозное искусство см.: Кульба А. Реконструкция чуда //Нескучный сад. М., 2009. № 12. С. 34-36.

    Следующий этап создания росписей царицынского храма связан с творчеством И. П. Батанова. В Царицыне художник начал работать с 2000 года.

    Он полностью выполнил росписи северного придела во имя иконы Димитрия Солунского и росписи южного придела во имя иконы Казанской Богоматери, росписи арок, потолка и стен трапезной. В 2009 году И. П. Батанов закончил цикл «Страшный суд» западной стены храма. По свидетельству мастера, в арках трапезной и приделов сначала предполагалось написать довольно простые в исполнении декоративные медальоны с орнаментами и ликами святых, однако настоятель храма о. Георгий Бреев рекомендовал поместить более сложные сюжетные клейма, что и было сделано. Техника живописи — акрил, темпера.

    В настоящее время художник продолжает работу над росписями.

    В своем творчестве И. П. Батанов тяготеет к московской школе эпохи Андрея Рублева и Дионисия, некоторым элементам иконописи XVII века. В частности, рисунок и колористическое решение его росписей в царицынском храме позволяют вспомнить о ярославском стиле стенописи второй половины XVII века.

    Важным элементом современного убранства храма стал иконостас и киоты в северном и южном приделах, выдержанные в едином стиле. В начале 1990-х годов силами церковной общины начал разрабатываться проект иконостаса. За основу было взято описание иконостаса голицынского периода, известного по розыскному делу 1689 года. Консультации по истории иконостаса общине дал кандидат искусствоведения А. А. Галашевич.

    В 1994 году для работы над иконостасом была приглашена С. П. Утва, специалист по художественной обработке дерева, художник по интерьерам и архитектор с большим опытом по реставрации и созданию иконостасов в храмах и монастырях Тулы, Москвы, Великого Устюга, Сарова. С. П. Утва полностью переработала проект иконостаса, взяв за основу общую концепцию. Убранство иконостаса было стилистически вписано в сохранившийся декор подкупольного пространства храма, оформленного в позднебарочном и, отчасти, рокайль-ном духе. Работа над иконостасом, включая надзор за его возведением, была закончена в 1996 году.

    В 1997 году проекты восстановления иконостасов в Царицыне и Кузьминках были отмечены дипломом на конкурсе АРХ Москва-1997 в номинации «реставрация», получили премию «Золотое сечение» Московского отделения Союза архитекторов России и диплом II степени Союза архитекторов России.

    В1998-1999 годах п о п роекту С. П. Утвы были также сооружены боковые киоты в приделах. В 1997 году архитектором был создан проект мраморного иконостаса в технике флорентийской мозаики для часовни над источником, однако он не был осуществлен из-за недостатка средств.

    В отличие от стилистики иконостаса и киотов, адаптированных к барочной архитектуре храма, и сохранившимся деталям интерьера, росписи храма намеренно архаичны. Творцы современных росписей церкви не стремятся к созданию стилистически единого интерьера, связанного с архитектурой храма. Наоборот, современное убранство храма выглядит многослойным, как если бы оно постепенно создавалось в течение многих веков. При этом наиболее архаичными по своему стилю, изобразительному языку выглядят как раз самые поздние по времени создания росписи. На примере царицынского храма можно проследить одну из тенденций современности: в сознании значительной части верующих наиболее благочестивыми и каноничными воспринимаются древнерусские и византийские иконы, поэтому в наши дни нередко воспроизводится именно их стилистика. Вместе с тем иконы академического письмаXVIII—XIX веков, выпадающие из этого ряда, вполне принимаются как исторические и «намоленные», а их изобразительный язык — как понятный широкому кругу верующих.

    Кандидат искусствоведения П. Б. Ермолов

    Posted by admin @ 6:04 пп

Comments are closed.