Статистика:

Search

  • 12Ноя

    Редакция журнала «Архитектура и строительство Москвы» публикует фрагменты пояснительной записки к проекту реставрации основного здания Московской консерватории (Большая Никитская, дом 13/6). Пояснительная записка подготовлена проектной мастерской № 2 Центральных научно-реставрационных проектных мастерских.Проектные решения по реставрации основного здания Московской государственной консерватории были разработаны на основании комплексных научных исследований, в состав которых вошли следующие виды работ:

    -    историко-архивные и библиографические исследования;

    -    архитектурно-археологические обмеры, в том числе лазерное сканирование;

    -    документально-протокольная фотофиксация современного состояния;

    -    инженерно-техническое обследование всего объема здания;

    -    инженерно-технологическое обследование строительных и отделочных материалов.

    Методической основой разработки проекта реставрации здания консерватории является безусловный учет сохранения первоначальной функции здания с учетом необходимости технического перевооружения. <…>

    * * *

    На основании проведенных историко-архивных и библиографических, натурных архитектурных, инженерных и технологических исследований было выявлено следующее. Рассматриваемое здание входит в домовладение, занимающее участок, расположенный в центральной части квартала № 45 и выходящий северной стороной на Большую Никитскую улицу.

    Первые сведения о данной территории относятся к XIV веку. Тогда начал активно осваиваться правый берег реки Неглинной, получивший название «Занеглименье». <…> Эти места ценились за прямую зрительную связь с Кремлем, и вплоть до XVII столетия здесь находились дворы высшей знати. В XIV-XV веках, когда Москва уже была столицей Великого княжества, Занеглименье стало ее наиболее обширным загородным поселением. В XV — начале XVI века у пересечения первой линии укреплений с главными улицами были поставлены три монастыря — Кресто-воздвиженский, Никитский и Георгиевский. Занеглименье тогда уже расширилось до естественного оборонительного рубежа — высокого левого берега ручья Черторыя, то есть внутренней стороны современного Бульварного кольца. Трасса Никитской улицы была сформирована старой Волоцкой дорогой на последнем этапе ее спрямления от Пресненского брода. Она была ориентирована на северную часть Кремля, тогда еще не охваченную стеной, — место торга XIV-XV веков. <…> С расширением Кремля в конце XV века и перемещением торга в Китай-город Волоцкая улица перестала быть транзитной и стала одной из главных улиц Занеглименья — Никитской, названной по Никитскому монастырю. <…>

    После нашествия татар в 1571 году рассматриваемая территория была окружена деревянно-земляными укреплениями. В 1585-1591 годах они были заменены выбеленной кирпичной крепостной стеной, прошедшей по линии современного Бульварного кольца и давшей название всей этой местности — Белый город. <…> Постройка стены означала <…> выделение внутренней территории как привилегированной зоны городских жилых усадеб среди слобод и загородных дворов.

    Так, в XVII столетии в середине Никитской улицы располагалась дворцовая Кисловская слобода, а в ее конце у современного Леонтьевского переулка находилась Устюжская черная сотня — слобода выходцев из Великого Устюга. Рядом с ней — Новгородская сотня. Центром слободы устюжан и новгородцев, возможно, был Вознесенский храм на Никитской улице, впервые упомянутый в летописях 1548 года.

    Расположенная ближе к Кремлю передняя часть Занеглименья была к тому времени уже давно обжита. В 1565 году между Воздвиженкой и Никитской улицами на погорелом дворе князя Черкасского Иван Грозный построил Опричный двор, сожженный в 1571 году. На Никитскую выходили ворота его хозяйственной части. За ним лежал пустырь, отделявший от двора Кисловку — слободы царских «Шапошников», готовивших квасы и соления.

    В XVII—XVIII веках улица заполнялась усадьбами высшей знати. На месте хозяйственной части Опричного двора возник Романов двор двоюродного брата царя Михаила Федоровича Н. И. Романова. Парадная часть двора вернулась к прежним владельцам — Черкасским. В начале XVIII века здесь был выстроен дворец графа Ф. М. Апраксина. Напротив (на месте университета) стояли палаты Репниных, за ними, у Георгиевской церкви на Красной горке, — палаты Барятинских, у Никитского монастыря — палаты Хитрово. Дальше по улице и в переулках Кисловки такие же большие усадьбы соседствовали с мелкими дворами слободского типа.

    К северу от Никитской, как и теперь, тянулись длинные параллельные переулки на Тверскую улицу. Их пересекал посередине Успенский вражек, сейчас почти сгладившийся, с небольшим ручьем, впадавшим в реку Неглинную. Ближе к стене Белого города на удалении от главных улиц еще с начала XVI века помещались иностранные посольства. Так, название Шведского тупика напоминает о Шведском подворье.

    В кварталах, расположенных между Никитской и Тверской, преобладали дворянские усадьбы среднего размера — часто с большими садами и почти без каменных зданий. В XVIII веке стена Белого города утратила значение оборонительного рубежа. Согласно Про-жектированному плану города Москвы 1775 года, ее предполагалось разобрать и устроить по линии укрепления на месте ворот цепь площадей, включенных в парадную систему города и имевших к тому же практическое — торговое — назначение. Между ними устраивались проезды, обсаженные деревьями, — прообраз будущих бульваров.

    Борьба с беспорядочной застройкой на месте стен Белого города вызвала указ 1798 года, по которому постоялые дворы должны были размещаться у бывших городских ворот. По традиции там же была сосредоточена и торговля.

    У Никитских ворот по проекту архитектора В. П. Стасова были возведены замыкавшие бульвары каменные двухэтажные здания гостиниц, позднее надстроенные третьими этажами.

    В 1796 году был открыт Тверской бульвар, положивший начало устройству системы бульваров вместо первоначально задуманной «обсадки». <…>

    В конце XVIII — начале XIX века Никитская улица была одной из самых представительных в Москве. Обе ее стороны почти полностью были заполнены усадьбами с крупными классическими двор-
    цами. Многие из них зафиксированы в знаменитых архитектурных альбомах М. Ф. Казакова, и почти все сохранились до нашего времени.

    Архитектура крупных усадебных домов определила строгий парадный облик улицы, не измененный полностью даже позднейшими переделками. Уже к концу XVIII века застройка красной линии здесь была плотнее, чем на большинстве других улиц Белого города.

    К тому же со стороны Кремля вход на Никитскую торжественно обрамляли два высоко стоящих над долиной ансамбля — университет и Дом Пашкова на месте дворца Апраксина, позже — новое здание университета. При устройстве Александровского сада в его ограде были сделаны ворота по оси улицы.

    Торговли на этой дворянской улице почти не было. На месте здания нынешнего Академического театра имени В. В. Маяковского около 1801 года, то есть чуть ли не за целый век до консерватории, был выстроен концертный зал — широко известный в тогдашней Москве «круглый зал Салтыкова близ Никитских ворот», позже перешедший к купцу Зарубину.

    К 1812 году уличная застройка данного района в основном была каменной. Послепожарное строительство, когда обгоревшие дома возобновлялись в ампирных формах, а сгоревшие деревянные заменялись каменными, содействовало еще большему ее пространственному и стилевому единству. После устройства бульваров произошла трансформация планировки периферийных усадеб, которые раньше как бы «отворачивались» от стены. Здесь возник ряд парадных ансамблей, подчеркнуто развернутых вдоль бульваров.

    Доходные дома и надстройки старых зданий со временем сильно загромоздили улицу. Скрытым оказался ее осевой ориентир — церковь Малого Вознесения, хотя еще в 1775 году линию улицы «регулировали», специально подчеркивая направление от центра к этой церкви. Среди новых доминант можно отметить массивную, тяжелую по пропорциям колокольню Никитского монастыря, построенную в 1860-1870-х годах архитектором М. Д. Быковским.

    Каменная застройка переулков, сложившаяся в основном в первой половине XIX века, позже значительно уплотнилась и повысилась. Наиболее крупные и значительные доходные дома, как и самые яркие и нарядные переделки фасадов старых особняков, появились по линии бульваров — представительному фронту городской застройки.

    Еще в начале XIX века часть дворов знати на Никитской улице сначала перешла в руки мелких дворян и купцов, а во второй половине столетия — к учреждениям.

    На протяжении всего XIX века на Большой Никитской улице возникают новые крупные культурные и научные центры Москвы. Так, в 1871 году усадьбу Воронцовых-Дашковых (Большая Никитская, 13) нанимает Русское музыкальное общество для Московской консерватории. В 1878 году Общество становится ее полным хозяином. В 1901 году оно завершает перестройку здания консерватории по проекту архитектора В. П. Загорского с двумя концертными залами: Большим и Малым. Соседний дом (современный Рахманиновский зал), принадлежавший ранее князю A.  И. Горчакову, был куплен для синодальных певчих. Во владении Глебовой-Стрешневой было построено в псевдорусском стиле специальное здание для театра (современный театр имени B.    В. Маяковского).

    После 1917 года на Большой Никитской происходили значительные изменения. Улица и прилегающие к ней переулки меняли свои названия: появляются улицы Герцена, Белинского, Огарева, Неждановой, Станкевича, Станиславского, Грановского, Горького, Семашко, Собиновский переулок. Уплотняется жилая застройка. <…> Переименование Никитской улицы в улицу Герцена было связано с историей дома, выходящего на Большую Никитскую улицу у площади Никитских ворот (напротив современного здания ИТАР-ТАСС). А. И. Герцен часто бывал в доме, где жил его друг писатель Н. П. Огарев. В 1913 году в этом здании был открыт кинотеатр «Унион», с 1939 года — Кинотеатр повторного фильма.

    В первые годы советской власти в соответствии с планом монументальной пропаганды и планом «Новая Москва» Бульварное кольцо предполагалось освободить от построек, завершавших отдельные его отрезки, и сомкнуть.

    В 1923 году в южном конце Тверского бульвара был установлен памятник К. А. Тимирязеву, обращенный в сторону площади Никитских ворот.

    В 1931 году принимается решение правительства о разработке Генерального плана реконструкции Москвы.

    В начале 1930-х создавались проекты реконструкции главных улиц и площадей города, предшествующие Генплану Москвы 1935 года. В них трасса «Улица Герцена — Красная Пресня — Звенигородское шоссе» рассматривалась как основная магистраль Краснопресненского района, в связи с чем предполагалось значительное расширение улицы. Этот проект расширения улицы Герцена осуществлен не был, что позволило сохранить ее историческую застройку. Но в дальнейшем при реконструкции площади Никитских ворот учитывались градостроительные разработки того времени.

    В 1954 году перед зданием Московской консерватории установили памятникП. И. Чайковскому (скульптор В. И. Мухина). В 1980 году после реставрации памятника архитектуры «Здания Синодального училища» с концертным залом, названным Рахмани-новским (Большая Никитская, 11), его передают Московской консерватории.
    <… > В 1920 году создается Театр революционной сатиры, руководимый В. Э. Мейерхольдом, а в 1922 году — Театр революции, в 1943 году объединенный с Московским театром драмы и с 1954 года носящий имя В. В. Маяковского. По соседству с ним с 1937 года работает Дом культуры медработников.<…>

    К 1970 годам была утрачена застройка, расположенная у выхода Тверского бульвара и улицы Станиславского (Леонтьевского переулка) к Большой Никитской улице. Участок передали под строительство здания ТАСС.

    <… > В 1990-х годах ряду улиц, в том числе Большой и Малой Никитским, были возвращены их исторические названия. <…> На первых этажах многих зданий по Большой Никитской появились торговые помещения различных магазинов; часть зданий была переделана под офисы и конторы различных организаций и фирм. <…> Первый план участка, где находятся здания Московской консерватории, относится к 1757 году, когда большая часть его территории была владением князя Н. А. Долгорукова. Небольшая часть участка по Большой Никитской улице принадлежала подворью владимирского Рождественского монастыря. Данные о более раннем существовании здесь подворья мы находим в купчей 1717 года, где оно упоминается по соседству с владением Прозоровских. Усадьба князя Н. А. Долгорукова образовалась из двух приобретенных владений: в 1746 году у князя П. В. Прозоровского, <…> в 1754 году у жены дворянина Ф. Н. Коромышева. <…> Возвращаясь к плану 1757 года, мы видим, что здесь зафиксирована не только существовавшая застройка, но и вновь проектируемые строения. К существовавшим строениям относились каменные палаты по границе с владением церкви Вознесения Господня и деревянные постройки по границе с владением Ф. Г. Колычева. На более раннее происхождение каменных палат указывает купчая 1746 года. <…> «двор на Большой Никитской улице в белом городе с каменным палатным и деревянным хоромным строением и с садом». Постановка каменных палат торцом к улице с большим выносом за красную линию позволяет говорить об их более раннем происхождении (возможно, XVII век).

    В основу новой планировки усадьбы, когда главный дом ставится в центре участка с парадным двором перед ним, положены принципы классической архитектуры середины XVIII века. Для этого времени характерна и планировка главного дома, прямоугольного в плане, с двумя параллельными анфиладами вдоль северо-восточного и юго-западного фасадов. Остальные деревянные строения — людские покои и конюшни — предусматривалось поставить по Проезжему переулку. Сейчас трудно установить, что было реализовано из этого проекта. Известно, что в 1766 году при покупке этого владения княгиней Е. Р. Дашковой значились каменные и деревянные строения. В своих мемуарах она пишет о непригодности их для жилья, и поэтому «выстроила на окраине участка деревянный дом, чтобы жить в нем в ожидании времени, когда мне представится возможность выстроить каменный». По всей вероятности, это — деревянный дом по Большой Никитской улице, указанный на плане 1780 года, к тому времени пришедший в ветхое состояние и запрещенный к починке. <…> В конце 1770-х годов подворье Рождественского монастыря, расположенное по Большой Никитской улице, было ликвидировано. План 1763 года позволяет представить застройку этого небольшого владения.

    По красной линии улицы были поставлены двухэтажные хоромы, где в верхнем этаже находилась крестовая церковь Петра-митрополита и архиерейские покои, а в нижнем каменном — шесть покоев. В глубине участка предполагались хозяйственные строения: погреба, конюшни и сарай. В 1768 году <…> с аукционной продажи бывшее подворье с каменными и деревянными строениями приобрел генерал-майор А. Е. Филинцын, который в том же году уступил его княгине Е. Р. Дашковой. Хотя купчая официально была оформлена в 1773 году, по квартирным книгам это владение уже входило в состав усадьбы Дашковой и числилось как «один двор ея сиятельства». Подтверждение этому находим в записках Екатерины Романовны, где она отмечает, что ее свекровь «поместилась у меня в доме смежном с моим, уж очень выгодно купленным мною в предыдущем году». <…> Таким образом сложилась территория современного участка, впоследствии не менявшая своих границ.

    С 1775 по 1782 год княгиня Е. Р. Дашкова находилась за границей, путешествуя по Европе. Новая планировка усадьбы, сложившаяся к этому времени, отражена на Генплане 1780 года. От старой застройки сохранились только строения по Большой Никитской улице: двухэтажные хоромы бывшего подворья и деревянный дом, построенный княгиней.

    Главный дом — двухэтажный каменный, поставленный в глубине участка ближе к Проезжему переулку, — имел ясную конфигурацию плана: два боковых ризалита в сторону переулка и выступающую полуротонду, обращенную к Большой Никитской улице. С небольшим отступом от границы с владением церкви Вознесения Господня параллельно ей был построен двухэтажный каменный флигель, выходивший на красную линию 1773 года, что указывает на его раннее происхождение. Возможно, при строительстве нового флигеля были использованы каменные палаты. Деревянные строения располагались по границам владения. По возвращении из-за границы Е. Р. Дашкова в 1783 году назначается директором Петербургской академии наук. Ее материальное положение улучшается: ей пожалованы крупные суммы денег и поместье. Вероятно, уже в конце 1780-х годов она приступает к полной реконструкции «московского дома». Главный дом получил третий антресольный этаж, а с двух сторон к нему симметрично пристроили полуциркульные крылья. Два симметричных двухэтажных флигеля торцами выведены на красную линию улицы. Левый флигель, построенный вновь, и правый, перестроенный из существовавшего ранее, образуют парадный двор — курдонер — перед дворцом. Два одноэтажных каменных строения были расположены по границе с владением Колычевых. В 1792 году по Проезжему переулку и по границе с соседними владениями построены два одноэтажных Г-образных строения: в западном углу участка — конюшня и хозяйственные постройки, объединенные в единый корпус, а в южном — жилой дом.

    К 1795 году владение превратилось в крупную городскую усадьбу, планировочная схема которой характерна для последних десятилетий XVIII века. Единый характер планировочной структуры усадьбы,ее масштаб, прорисовка генплана, соотношение объемов — все это указывает, что проект разрабатывался крупным архитектором. В семейной переписке Воронцовых, к роду которых относилась хозяйка, постройка нового дворца связывалась с именем Кваренги. <…> Между тем в каталоге выставки 1988 года, посвященной 250-летию со дня рождения В. И. Баженова, в разделе «Предполагаемые постройки и проекты» был помещен чертеж фасада главного дома, флигелей и ограды 1819 года, атрибутированный как неосуществленный проект дворца М. Л. Воронцова. Сравнение этого фасада с чертежом фасада дворца Е. Р. Дашковой <…> и его фотографиями до перестройки указывает на их идентичность.

    Чертеж фасада главного дома представляет собой проект восстановления дворца Воронцовых-Дашковых после пожара 1812 года. <…> Запоминающейся особенностью этого фасада является решение антресольного этажа с круглыми окнами, которые имеют аналог только в одном проекте, выполненном В. И. Баженовым в 1784 году для Павловской больницы в Москве.

    В процессе данного обследования был найден ранее неизвестный обмерный чертеж подвального этажа дворца Е. Р. Дашковой, выполненный в середине XIX века во время приспособления подвала под винные погреба. Наличие сложных криволинейных пространств — круглых, овальных и других, — композиционное единство вновь возвращают нас к В. И. Баженову как вероятному автору проекта перестройки дворца.

    Основываясь на вышеизложенном, мы имеем основание считать автором проекта перестройки дворца Е. Р. Дашковой в конце 1780-х годов В. И. Баженова.

    Строительство и отделка дворца продолжались довольно долго. <…> После смерти Е. Р. Дашковой в 1810 году «московский дом» на Большой Никитской улице по завещанию перешел к ее племяннику графу М. С. Воронцову. Но только в 1818 году по решению Московской палаты гражданского суда граф вступил во владение усадьбой, пострадавшей во время пожара 1812 года. Отказавшись от первоначальной попытки продать владение <…> в 1814 году, М. С. Воронцов приступил к его реконструкции с целью использования дома как доходного. Реконструкция продолжалась с 1819 по 1828 годы. Она включала внутреннюю перепланировку и отделку дворца и флигелей. На плане 1826 года показано, что пространство между боковыми ризалитами со стороны переулка застроено под оранжерею и над жилым домом в южном углу участка возведен второй этаж. Составлял сметы на отделку, а возможно, осуществлял и общее руководство работами архитектор Ф. Кампорези.

    После этого на протяжении всего XIX века вплоть до начала строительства нового здания консерватории планировка владения сохранялась неизменной. Изменения сводились в основном к ремонту существующих строений.

    В 1862 году был произведен ремонт одноэтажного каменного флигеля в восточном углу усадьбы. <…>

    В 1878 году, как сказано выше, Русское музыкальное общество приобретает это владение у князя С. М. Воронцова. <…>

    В 1879 году при реконструкции антресольного этажа круглые окна дворца переделали на квадратные. Сохранились старые фотографии дворца до перестройки 1879 года, где видны круглые окна антресольного этажа и ограда 1819 года с круглыми белокаменными столбами, шарами и металлической решеткой между ними.

    В конце 1880-х годов старую ограду заменили на новую — с рустованными столбами и металлической решеткой более простого рисунка. Сохранилась также фотография зала в старом дворце, когда в нем размещалась консерватория.

    В начале 1890-х годов возникла необходимость в строительстве нового здания консерватории с большим залом для симфонических концертов. Первоначально предполагалось построить это здание в центре Москвы на Театральной площади напротив Большого театра. Поскольку городская дума отклонила ходатайство директора консерватории В. И. Сафонова о выделении участка, было принято решение о строительстве нового здания на прежнем месте.

    В 1895 году академик архитектуры В. П. Загорский разработал проект нового здания Московской консерватории. <…> В процессе строительства, в 1896 году, в проект были внесены
    изменения, которые касались организации вестибюля, фойе Большого зала и жилого дома.

    Здание строилось на средства, предоставленные правительством (400 тысяч рублей), и пожертвования частных лиц (Г. Г. Солодовникова,

    М. А. и И. А. Морозовых, С. П. фон Дервиза, И. Г. Харитоненко и других). Первоначально намечавшаяся смета на строительство в 550 тысяч рублей была перекрыта вдвое и в итоге составила более 1 миллиона рублей. Строительство продолжалось семь лет и было окончено в 1901 году. Московская консерватория изначально представляла собой единый комплекс строений, объединяющий четырехэтажные объемы с различным функциональным назначением: первое — учебный корпус с Малым залом для «собраний», второе — Большой зал для «симфонических концертов», третье — жилой дом для консерваторских инспекторов и служащих. В настоящее время из комплекса полностью выведена жилая функция, и западный флигель получил учебное назначение: в нем разместились дополнительные учебные классы, библиотека, магазин музыкальных инструментов и так называемый Белый зал.

    Комплекс строился поэтапно — учебный корпус с Малым залом был открыт в 1898 году, а Большой зал и остальные строения закончены в 1901 году.

    Планировочная композиция комплекса построена таким образом, чтобы, обеспечив самостоятельное конструирование этих частей, соединить их в единый ансамбль. Безусловно, на его композицию оказала влияние существующая планировка дворца, а также планировка участка. Сохранив в основе симметричную композицию старого здания, его главную ось, размеры парадного двора, максимально использовав при этом оставшуюся территорию участка, автор проекта архитектор В. П. Загорский создал ансамбль, построенный на сочетании общей симметричной схемы с четко выраженным центром и асимметрии, вызванной расположением Большого зала.

    Центральный корпус расположен в глубине парадного двора, выходя единым фасадом на Средний Кисловский переулок. В его объем была включена двухэтажная фасадная стена старого двора. Однако ограничились ли этим включения объемов прежней постройки либо они идут глубже и затрагивают более широкие планировочные аспекты, на данном этапе сказать трудно.

    <…> Необходимо оговорить [здесь] общее состояние фасадов на момент их изучения. Памятник, не считая двора-курдонера, выходящего на Большую Никитскую, практически лишен своей территории. Двор имеет планировку, сложившуюся <…> к 1980 году, когда центр Москвы подготавливался к Олимпиаде. Центр композиции занимает памятник П. И. Чайковскому с выходящей на красную линию мощеной площадкой и оградой. С тыльной стороны памятника располагается газон. Периметр двора вдоль фасадных стен отделен тротуаром и частично вымощен брусчаткой.

    По двору организован сквозной проезд. В настоящее время вдоль западного фасада восточного флигеля растут деревья, высотой достигающие венчающего карниза, что затеняет помещения, а также противоречит нормам пожарной безопасности.

    Уровень земли на территории кур-донера поднят за счет естественного прироста культурного слоя, а также техногенных наслоений. Это сказалось на заглубленности окон цокольного этажа.
    Также «врос» в землю центральный вход. Разница в отметках между существовавшим и сложившимся уровнями на данном этапе неопределима. Она может выясниться в процессе проведения противоа-варийных и консервационных работ.

    Общее состояние стен не вызывает опасений, однако аварийные участки, требующие вмешательства и инженерного решения, все же есть. В аварийном состоянии находится стена восточного флигеля, выходящая на Никитскую улицу. В результате неграмотно проведенных работ по ее укреплению стена получила сдвиг в уровне фундаментов и на настоящий момент не является устойчивой конструкцией. Обладая общей структурной прочностью, она имеет тенденцию к сползанию.

    Неблагоприятная ситуация сложилась с восточной стеной того же флигеля, выходящей во двор, образованный им и зданием Рахманиновского зала. Здесь укрепленная в фундаментной части брандмауэрная стена получила деформацию в центральной своей части и имеет «пузо». Возможно, в дальнейшем при проведении противоаварийных работ встанет вопрос о переборке части этого стенового объема.

    Состояние фасадов в целом можно оценить как неудовлетворительное. Имеются и откровенно аварийные участки. Хотя отдельные фрагменты фасада за последние годы подвергались ремонту и состояние их с точки зрения прочности не внушает опасения, однако качество проведенных работ с точки зрения реставрации оставляет желать лучшего. Заключается это в «замыленных» профилях тяг и некорректно выполненных декоративных элементах. Поверхность штукатурного слоя не является однородной. Неграмотно осуществлено отведение атмосферных осадков. Система водосточных труб устроена так, что во многом нарушает фасадную пластику, грубо прорезая элементы декора и не считаясь со стилистикой здания.

    Неверно подобран фасадный колер. При выборе цвета фасада во время проведения последних ремонтных работ проектировщики руководствовались не исследованиями, а скорее сложившейся советской традицией. Исследования показали, что фасад был одноцветный, с различием в насыщенности отдельных тонов. Общую гамму можно охарактеризовать как грязно-белую, скорее даже «слоновой кости».

    Цоколь по всему периметру покрыт цементной штукатуркой. В местах отсутствия штукатурного слоя видна отделка, выполненная из белого камня. На данном этапе неизвестно, случайны ли эти фрагменты, имеют ли они локальный характер или же таким образом декорирован весь цоколь. Возможно, белый камень сохранился в остатках стен первоначального дворца, на основе которого было выстроено здание консерватории. Точный ответ на этот вопрос может быть дан только в процессе производства работ. <…>

    Полученные в процессе комплексных научных исследований данные позволяют сформулировать научно-методическое обоснование положений разрабатываемого проекта реставрации, а также рассмотреть возможные варианты его реализации.

    Прежде всего следует отметить, что памятник благодаря несложной строительной истории сохранил большой объем подлинных элементов. Это можно сказать как об аутентичности материалов конструкций, так и общем объемнопланировочном решении, во многом позволяющем с большой долей уверенности реконструировать не только отдельные архитектурные детали, но и достаточно большие пространственные фрагменты. Небольшая реконструкция в материале может быть признана допустимой, но она должна быть доказана более детальными исследованиями в процессе проведения первого этапа ремонтно-реставрационных работ, каковыми являются противоаварийные и консервационные мероприятия по инженерному и инженерно-технологическому укреплению здания. <…>

    При выборе вариантов разработки эскизного проекта основным критерием методики были приняты принципы фрагментарной реставрации. Отличие вариантов проходит по линии большего или меньшего объема реставрируемых и реконструируемых элементов. При этом следует учитывать, что сохранение подлинности (аутентичности)касается не только материалов и конструкций, но и объемно-пространственной композиции со всеми присущими линейными соотношениями, характеризующими акустическую модель помещений. Прежде всего это относится к концертным залам и учебным классам. Сохранение баланса между новыми включениями и существующими материалами при реставрации отделки стен, характер реставрируемых поверхностей, сохранение геометрических параметров помещений, подбор и оценка характеристик обстановочного комплекса, стабилизация климата являются основой для сохранения акустических особенностей как предмета охраны. <…>

    * * *

    Проектом были определены основные принципы и решения, связанные с возможностью реставрации и приспособления комплекса зданий Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского и прилегающей территории. Также определены параметры возможного расширения инфраструктуры учреждения, условия создания инженерных сетей, в том числе заданы параметры температурно-влажностного режима, освещения. В основном все это может быть выполнено без искажения сложившегося архитектурного облика и без разрушения предмета охраны. Попутно следует отметить, что завершение реставрационных работ <…> позволит усилить влияние данного памятника на сохранность историко-культурного потенциала в центральной части города Москвы.

    Posted by admin @ 6:26 пп

Comments are closed.