Статистика:

Search

  • 08Ноя

    Л. РУДНЕВ, действительный член Академии архитектуры СССР

    Настало время во многом пересмотреть дело проектирования и строительства жилых и гражданских зданий в нашей стране. Это необходимо сделать в целях дальнейшего подъема благосостояния советского народа. К этим вопросам привлечено сейчас внимание всей общественности.
    Постановление ЦК КПСС и Совета Министров Союза

    ССР о расширении промышленного производства сборных железобетонных конструкций и внедрении их в строительство обязывает архитекторов и инженеров со всей ответственностью коренным образом пересмотреть свои творческие позиции.

    Только их совместные творческие усилия, направленные на развитие строительной промышленности во всех областях (начиная от основных конструкций здания и кончая деталями, вроде скобянки, осветительной арматуры столярных изделий), на широкое внедрение современных строительных материалов для перекрытий, стен, наружной и внутренней отделки, помогут полностью изжить всякие формалистические тенденции, которые появляются в результате инертного отношения проектных и строительных организаций к новым методам производства работ.

    Если до сих пор проектирование и строительство жилых и гражданских зданий проводились с недостаточным применением типовых сборных железобетонных конструкций, если повсюду имел место перерасход металла и древесины, то это не объясняется технической отсталостью строительной индустрии, а является результатом невнимания и проектировщиков и строителей к вопросам внедрения передовых методов производства строительных работ.

    Для успешного развития строительной промышленности, внедрения крупнопанельного и крупноблочного домостроения требуется значительно изменить методологию проектирования городов, магистралей и отдельных зданий.

    Гигантский рост населения в городах и развитие всех видов транспортных средств столь очевидно влияют на облик и жизнь самого города, что только решение всего комплекса градостроительных задач может дать ответ на вопрос о том, какой должна быть архитектура зданий.

    Увлечение уникальными сооружениями отвлекло внимание больших коллективов проектировщиков от работы над проблемой жилища и от решения комплексных градостроительных задач.

    В архитектурных проектах новых магистралей столицы часто отсутствуют тщательно продуманные решения прилегающей внутриквартальной застройки. Вместо удобных для жизни улиц часто создаются «ущелья», резко ограниченные двумя рядами многоэтажных зданий.

    В этих проектах внешне парадных улиц отсутствует мягкий последовательный переход от магистрали к внутренней застройке, неудовлетворительно решаются вопросы транспорта. Чтобы сохранить человеческий масштаб на современной магистрали с учетом постоянно действующих факторов в природе — человек, река, деревья, — необходимо создавать такую магистраль не изолированно, а с комплексным учетом композиции кварталов, района и города в целом. Решение этих градостроительных задач по силам только большому коллективу специалистов, работающих в полном творческом контакте.

    Новые требования строительного производства и монтажа в свою очередь должны подсказать архитекторам новые композиционные приемы, иную тектонику, новые облики зданий, отличные от архитектуры каменных зданий. Новые задачи заключаются в преодолении однообразия в стандартных элементах, причем необходимо найти средства художественной выразительности, отказавшись от архитектурных деталей, характерных для каменных зданий.

    В наше время технический прогресс в строительном деле ушел значительно дальше вперед, чем мы, архитекторы, это сумели творчески осознать. И если бы архитектор умело использовал все достижения современной техники, формалистические извращения в наших условиях не имели бы столь широкой почвы для появления. Но мы до сих пор продолжаем применять в многоэтажных зданиях архитектурные композиции, органически соответствующие 2 — 3-этажным домам. До сих пор механически переносим архитектуру каменных построек с незначительной этажностью на здания с железобетонными конструкциями и с высотами, много превосходящими классические примеры.

    Из-за распространенного стремления любыми средствами насильно гипертрофировать детали, до абсурда «вытянуть» ордерные системы, имея за ними мелкую сетку междуэтажных перекрытий, мы получаем трагический разрыв между наружной и внутренней архитектурой. Все это нарушило правильное развитие реалистического направления в советской архитектуре и породило формалистические реакционные тенденции, тормозящие внедрение индустриальных скоростных методов строительства.

    Основная причина возникновения этих формалистических тенденций сводится к тому, что лозунг об освоении культурного наследия прошлого был воспринят нами упрощенно, не творчески. Мы часто не критически пользовались опытом прошлого, без понимания новых условий жизни и строительства. Это привело к дорогостоящим ошибкам и пренебрежению экономикой, ложному монументализму, отказу от индустриальности в угоду надуманному художественному образу.

    Использование в практике проектирования прогрессивного русского и мирового культурного наследства было многократно искажено малограмотным эпигонством и подражательством. В результате этих искажений эклектизм распространился на ряд произведений советской архитектуры, проник в архитектурные вузы, захватив в плен известный процент нашей талантливой молодежи, а в настоящее время превратился в творческое направление, ставшее весьма опасным.

    Очевидными признаками существования этого направления явилось то, что в палитру архитектора все чаще попадают готовые, откровенно взятые на прокат детали из сомнительных источников. Красота заменяется богатством, строгость — излишеством. Такое богатство, а также тщеславие авторов, пытающихся увековечить свое творчество даже в рядовых постройках, порождает в ряде случаев произведения дурного вкуса, подчас выпадающие из ансамбля (например, жилой дом на улице Чкалова в Москве, арх. Е. Рыбицкий).

    Черты фальшивой, буржуазной помпезности и необузданного украшательства находим мы в интерьерах гостиницы «Ленинградская» на Комсомольской площади в Москве (архитекторы Л. Поляков, И. Борецкий) и в строящихся жилых домах, и в санаториях, и в интерьерах станций метро, где начинают преобладать явно усложненные декоративные формы в различных стилевых трактовках.

    Если сравнить станции метро «Новослободская» и «Дворец Советов», построенные арх. А. Душкиным, то поражает огромный разрыв в характере архитектуры этих сооружений, выполненных одним и тем же автором, причем сравнение вряд ли будет в пользу станции, построенной позже. То же самое относится к станции «Калужская» и «Арбатская», выстроенных в течение трех лет по проектам Л. Полякова. Необходимое чувство меры утрачивается, классическая сдержанность сменяется распущенностью барокко.

    Опасность дальнейшего распространения эклектики возрастает еще и потому, что композиционные замыслы и детали при этом часто бывают выполнены с большим профессиональным мастерством, и вследствие своей внешней привлекательности такие постройки порождают подражателей среди молодежи.
    Возникают дорогостоящее, трудоемкое стилизаторство, фетишизация и любование деталями самого разнообразного стиля, исключающие широкое внедрение индустриальных методов производства работ.

    Корни возникновения формалистических тенденций в архитектуре и их причины, очевидно, следует искать в трех направлениях. Во-первых, почву им дают слабая профессиональная критика и неразвитость нашей архитектурной науки. Деятельность Академии архитектуры и ее институтов, долженствующих возглавить этот важнейший участок, никого не удовлетворяет. Оставаясь оторванной от повседневных практических нужд строительства, академия оказалась в стороне от жизненно важных проблем, стоящих перед нами, не ликвидировала недопустимый разрыв между теорией и практикой.

    До сих пор нет развернутой теоретической формулировки, раскрывающей метод социалистического реализма в архитектуре. Не сформулировано также понятие ансамбля в условиях строительства наших городов, не раскрыты закономерности, лежащие в основе классических ансамблей, и возможность применения этих закономерностей в наших социальных условиях.

    Нет никаких работ, обобщающих усилия архитекторов и инженеров по крупнопанельному домостроению. Heт попыток вскрыть противоречия между искусством и стандартом, устранение которых возможно только при наличии в руках архитектора каталогов с достаточно широким и постоянно совершенствуемым набором стандартных элементов и частей зданий, полностью освоенных промышленностью.

    Каталог должен предоставлять архитектору возможность широкого выбора стандартных деталей, так как при отсутствии выбора архитектура перестает быть искусством.

    Академия архитектуры обязана поднимать культуру в строительной промышленности, должна влиять на ход изготовления строительных деталей практическим участием научных работников в деятельности заводов-изготовителей.

    Академия должна была своевременно поставить на обсуждение творческие вопросы советской архитектуры, связанные с возникновением формалистических извращений, и путем острой развернутой критики помочь строительной практике разобраться в задачах сегодняшнего дня, заключающихся во всемерной индустриализации строительства. Но вместо этого Академия архитектуры поставила себя в условия изоляции от повседневной проектной и строительной практики.

    Второй причиной возникновения беспринципного украшательства является недостаточное мастерство архитекторов.

    И. В. Жолтовский, один из крупнейших мастеров современности, неизменно проявляя в своих работах огромные знания, всегда с живой изобретательностью откликается на новые требования жизни в строительстве.

    Виновниками распространения украшательства являются те его подражатели, которые, не обладая ни мастерством, ни знаниями, ни вкусом этого крупного зодчего, слепо, без уверенности, пользуются его деталями, нарушая целостность, искажая общий смысл его композиций.

    Б отряде советских архитекторов имеется много талантливых зрелых мастеров и молодежи, однако необходимо правильно творчески направить их, предупредить возможные заблуждения, не давая становиться на путь вредного эпигонства.

    Предпосылки к появлению формалистических тенденций в архитектуре кроятся также в плохой связи архитекторов со строительством.

    Архитекторам необходимо большую часть своей деятельности перенести на промышленные предприятия, вырабатывающие строительные детали, приложить свои знания в местах изготовления элементов зданий, всеми мерами повышать качество их, помня, что красота деталей достигается безупречной их точностью, тщательностью отделки.

    Старый лозунг «архитектор на леса» должен быть заменен лозунгом «архитектор на заводы». Это целиком относится как к программным требованиям в наших архитектурных вузах, так и к практике. Если мы будем продолжать воспитывать архитекторов, замыкая их в академические рамки отвлеченного формотворчества, не прививая им вкуса к передовым методам проектирования и строительства, — мы будем выпускать из вузов пустых фантазеров, которые растеряются при первом столкновении с жизнью.

    Прохождение проектной и производственной практики студентами архитектурных вузов должно быть перестроено поэтому с учетом новых требований. Проектировщики же (архитекторы и инженеры) должны принимать участие в изготовлении деталей и частей здания, осуществляя авторский надзор в первую очередь на заводах, технологию и возможности которых они не только должны знать, но и способствовать ее улучшению.

    Творческая роль инженера должна возрасти на всех этапах проектирования. Она не должна сводиться к простому подысканию инженером конструкций к проектным заданиям, разрабатываемым обычно лишь одним архитектором. Инженер должен активно участвовать в самом формировании замысла, на начальной стадии проектирования совместно с архитектором выбирать архитектурную форму и материал. Конструктор должен завоевывать звание автора всего проекта, а не только инженерной его части.

    Проектирование ни в коем случае не должно обособляться от строительства. Архитектор, инженер-конструктор, производитель работ и экономист должны составлять единый творческий коллектив, который с начала проектирования вплоть до конца возведения объекта должен решать комплексные задачи архитектуры и строительства.

    Обсуждая вопросы использования классических традиций в современной архитектуре, необходимо четко
    уяснить, что эти традиции нужно отыскивать в архитектуре не только одного стиля, не только в канонической ордерной системе с деталями определенной внешней формы, а во всем прогрессивном отечественном и мировом художественном наследии.

    Такие традиции заключаются в определенных логических закономерностях построения организма здания, в простых и ясных ответах на вопросы жизни, в гармоническом сочетании смысла и формы, в результате чего и создается реалистический и выразительный образ сооружения.

    Эти прогрессивные традиции одинаково присущи лучшим художественным памятникам всех времен и народов: они заложены в Парфеноне и в Коломенской церкви, в Белозерском монастыре и в соборе Василия Блаженного, в Адмиралтействе и в мавзолее Ленина, в живописи Джотто и Рафаэля, Феофана Грека и Андрея Рублева.

    Вместе с тем памятник Виктору Эммануилу или Белый дом в Вашингтоне, выполненные с применением всех «классических» форм и деталей, чрезвычайно далеки от подлинных классических традиций, прежде всего потому, что они глубоко эклектичны.

    Исходя из такого широкого понимания классики, становится ясно, что использование классических принципов построения необходимо и оправданно для сооружений из любого материала, любой этажности, так как классики предусматривают прежде всего правильное и рациональное применение строительных материалов с учетом их особенностей, будь то камень, железобетон, металл или дерево. Главной же ошибкой в применении классического наследия является механический перенос форм, принятых для определенных материалов и масштабов, на материалы с новыми техническими и пластическими свойствами.

    Крупнопанельный дом может быть решен с учетом классических традиций, но применение в нем форм и деталей классической архитектуры античности или Возрождения явится как раз нарушением этих традиций.

    Именно на поиски новых архитектурных форм, органически связанных с материалом, должны быть направлены усилия архитекторов, которые должны учитывать все особенности, ему свойственные.

    Posted by admin @ 8:17 пп

Comments are closed.