Статистика:

Search

  • 20Фев

    РАБОТА по изучению кладбища с описанием исторических могил и художественных надгробий началась в 1922 году, когда был открыт музей «Новодевичий монастырь», а заведующей назначена бывшая княгиня Е. Кропоткина. Именно под ее руководством еще тогда разрабатывалось «Положение об охране и содержании кладбища как памятника».

    Что же представлял собой некрополь московского Новодевичьего монастыря в начале нашего столетия?

    Гранитные саркофаги, рустованные колонны, стилизованные античные жер­твенники с погребальными урнами и кре­стами 1-й половины XIX века; всевозмож­ные кресты на сложных основаниях и глыбах-«голгофах», памятники-часовенки 2-й половины XIX —начала XX века; скромные деревянные кресты времен 1-й мировой войны и первых лет советской власти; мавзолеи и часовни от ампира до «рус­ского» стиля; замечательные скульптурные памятники от конца XVIII до начала XX века; редкие песчаниковые пирамиды и саркофаги XVIII века; металлические защитные навесы-часовни, удивительные кованые решетки, декоративные насажде­ния, фонари, зажженные лампады.

    И конечно, имена —участники суво­ровских походов, герои 1812 года, лите­раторы и общественные деятели, в том числе из круга Пушкина, «грибоедовская» Москва с прототипами «Горя от ума», аристократы и филантропы, ученые, воспе­тые великими поэтами женщины, роди­тели, дети, внуки прославленных лиц и др.

    К концу прошлого столетия почти вся территория монастыря превратилась в кладбище. В 1896 году по инициативе игу­меньи начались работы по его расшире­нию, поскольку, как следовало из ее хода­тайства городским властям, «деньги от продажи могильных мест идут на корм сестрам и на содержание келий». Первые захоронения на «новой» территории, рас­положенной за южной стеной монастыря, появились в 1904 году.

    В 1926 году «старое» кладбище закрыли, а «новое», которое стало назы­ваться с тех пор Новодевичьим, было определено, пользуясь стилистикой того времени, «для захоронения лиц с обще­ственным положением» и отделено от музея. Е. Кропоткина пыталась возражать, доказывая, что кладбище исторически свя­зано с монастырем и является памятни­ком, но это не было услышано.

    1927—1928 годы резко отрицательно сказались на многих некрополях. Непри­косновенность мест погребения иногда нарушалась и раньше, но именно в эти годы было положено начало тотальному уничтожению многих старых московских кладбищ: Дорогомиловского, а также Алексеевского, Андроникова, Новоспас­ского монастырей и ряда других.

    «Любовь к отеческим гробам» ослож­няла реконструкцию и благоустройство столицы первого в мире социалистичес­кого государства. В кампанию включилась пресса. «Кладбища превращаются в парки»— типичный заголовок газетной заметки тех лет. В отношении известных людей совершенно серьезно обсуждался вопрос: достоин ли имярек только памяти в литературе, или и того, чтобы сохранить его могилу.

    В конце 20 —начале 30-х годов было уничтожено и «старое» кладбище Новоде­вичьего монастыря. Попытки сохранить хоть что-то, самое исторически и художе­ственно ценное, делали и отдел Главнауки Наркомпроса, в чьем ведении находился музей, и краеведческое общество «Ста­рая Москва», и комитет по сохранению исторически ценных могил при обществе изучения Московской губернии, и частные лица.

    Нельзя не назвать в этой связи фото­графа А. Лебедева, который в конце 20 — начале 30-х годов сделал сотни фотосним­ков на московских кладбищах с составле­нием серьезных исторических аннотаций к ним, в том числе около двухсот в Новоде­вичьем монастыре.

    В подготовленный обществом «Ста­рая Москва» и утвержденный охранный список вошло 60 могил — максималь­но возможная цифра. Тем не менее около трети из них были уничтожены. С 1934 года «Музей раскрепощения жен­щины», такое название получил «Новоде­вичий монастырь», стал филиалом Госу­дарственного Исторического музея. В то время на территории валялось еще мно­жество крестов, решеток, обломков и целых памятников, которые в директивном порядке предлагалось срочно убрать «для приведения музейного двора в санитарно- культурное состояние».

    Из почти трех тысяч могил в настоя­щее время сохранено, восстановлено или просто случайно уцелело около 90. Клад­бище, как неповторимый комплекс исто­рической памяти, национально-культурной традиции и художественного наследия, практически не дошло до нас. Сохрани­лась лишь уникальная усыпальница в Смо­ленском соборе с надгробиями XVI—XVIII веков и отдельные могилы на территории, что для нашего времени, во многом поте­рявшего исторические корни, весьма зна­чимо. В связи с придворным положением монастыря в XVI—XVII веках его некрополь имел особо привилегированный аристо­кратический характер. Здесь хоронили как на территории, так и в церквах, но самым почетным местом погребения был Смо­ленский собор.

    За исключением четырех гробниц, находящихся в четверике собора, осталь­ные расположены в низких сводчатых помещениях подклета. Из них 6 —безы­мянные, а на 39 —имена представителей самых древних и известных фамилий, участников и свидетелей многих важных событий русской истории XVI—XVIII веков. Надгробия усыпальницы являются инте­ресными памятниками мемориальной скульптуры, некоторые из них обладают высокими художественными достоин­ствами.

    Самое древнее из них, 1533 г.— надгробие боярыни Ирины Захарьиной- Юрьевой. Рядом с ней похоронен ее сын Григорий Юрьевич Захарьин (1556), при­ближенный боярин и воевода великого князя Василия III, позже—Ивана IV, и его жена Ульяна (1563). Из этого древнего ро­да, впоследствии Романовых, была первая жена Ивана IV Анастасия Романовна. Первенец этой четы царевна Анна, умер­шая в младенчестве в 1550 году, похоро­нена в подалтарье.

    Там же погребены еще две родствен­ницы Ивана Грозного, бывшие монахи­нями этой обители — вдова брата княгиня Ульяна Удельная (1574) из рода Палецких и вдова убитого им царевича Ивана Елена (1596) из рода Шереметевых. И постриг, и погребение знатных лиц сопровожда­лись обычно богатыми вкладами. Так, нице относятся и могилы рода князей Кубенских. В 1537 году в северной части подклета погребена княгиня Ульяна Кубенская, племянница великого князя Ивана III. Рядом похоронен ее сын Иван Кубенский, который дважды подвергался ссылке и был казнен в 1546 году по велению госу­даря Ивана IV.

    Posted by admin @ 2:53 пп

Comments are closed.