Статистика:

Search

  • 20Фев

    Широкое распространение башенные постройки получили и в архитектурном творчестве народов Дагестана. Однако специфика исторического и культурного развития этого региона наложила отпе­чаток на эволюцию башенных сооруже­ний.

    Сооружения этого типа, имеющие переднеазиатское происхождение, были привнесены в Дагестан с распростране­нием ислама. Обследования, проведен­ные в 50—60-х годах нынешнего столетия, позволили установить, что на территории Дагестана минарет был одним из харак­терных типов башенных сооружений. Осо­бенно это относится к Южному Дагестану, где мусульманство получило господствующее положение еще в начале VIII века, значительно раньше, чем в других районах Дагестана.

    Минареты в Дагестане обычно имеют характерный переднеазиатский облик: это круглая башня, наверху которой имеется надстройка для выхода на площадку. Но в селениях Южного Дагестана встречаются минареты с квадратной формой основа­ния. Внутри у них нет винтовой лестницы, так как внутреннее пространство расчле­нено междуэтажными перекрытиями, к люкам которых приставлялись деревянные лестницы. Подобные сооружения встре­чаются в некоторых ритульских и лезгин­ских аулах.

    Такого рода минареты строились по типу боевых башен. Дело в том, что в гор­ных районах Южного Дагестана минареты появились, когда здесь были широко распространены родовые-боевые башни. Они-то и являлись образцом для строи­тельства минаретов. Нередко под культо­вые сооружения приспосабливались уже существующие башни, утратившие по раз­личным причинам актуальность для архи­тектурно-строительной культуры народов Дагестана.

    Характерен в этом отношении Шиназский минарет. Квадратная в плане башня, преобразованная в культовую постройку, имеет основание 4 х 4 м. Она заверша­ется сложным по форме карнизом, пере­ходящим в парапет, состоящий из нижней полочки, поребрика, аркатурного пояса на консолях, фриза и венчающей полочки. Верхняя башенка минарета представляет собой вытянутый по вертикали купол, укра­шенный тремя поясами фигурной кладки.

    Расцвет башенного зодчества наро­дов Северной Осетии приходится на период с XV по XVII век. Именно в этот временной отрезок происходит строи­тельство значительного количества башен, расположенных в бассейнах рек Генал- дон, Фиагдон, Терек, Урух и Урсдон. Однако в отдельных селениях осетин и ныне возвышаются древнейшие жилые родовые башни, ориентировочное время строительства которых —X—XII века.

    Эволюция башенной архитектуры Северной Осетии не привела к формиро­ванию каких-либо специфических, сугубо региональных архитектурных форм, как-то: ступенчато-пирамидальное завершение и ложносводчатое междуэтажное перекры­тие в вайнахских башнях или же венчание минаретов Южного Дагестана. Маловыра­зительны и пропорции североосетинских башен. В основном это массивные соору­жения, стены которых возведены из гру- бообработанных камней на глиняно- известковом, реже известковом, растворе. Нередко стены осетинских башен по аналогии с вайнахскими возво­дились со слабо выраженным наклоном. Однако достигалось это нередко путем уменьшения толщины стен кверху. При этом внутренний объем помещений оста­вался неизменным.

    В Кабардино-Балкарии башни сохра­нились в основном в Черекском и Чегем- ском ущельях (Верхняя Балкария). Здесь башенные сооружения сохранили свою актуальность вплоть до конца XIX века. В. Ф. Миллер, посетивший Балкарию в 80-х годах прошлого столетия, отмечал, что первый этаж башни Абаевых, располо­женной на юго-западной окраине аула Кюнлюн, был еще обитаем потомками этого некогда сильного рода. Примечате­лен также и тот факт, что в ущельях Верх­ней Балкарии, где длительное время куль­тивировались родоплеменные отношения, сохранились не только отдельно стоящие башни, но и целые башенные комплексы, принадлежавшие одной фамилии. По пла­нировочному решению они близки родо­вым комплексам Северной Осетии и Чечено-Ингушетии.

    В Кабарде и прилегающих к ней райо­нах Карачаево-Черкесии башни практи­чески не сохранились, да и развалины их исчисляются единицами.

    Итальянский путешественник Г. Интериано, живший в конце XV —начале XVI века, после посещения Северного Кав­каза писал: «… большим стыдом князя или дворянина было бы построить себе кре­пость или дом с каменными стенами, потому что это показало бы боязнь или неспособность уберечь себя (от неприя­теля)3».

    Таким образом, проведенный анализ очагов распространения башенных соору­жений на Северном Кавказе, типологиче­ского разнообразия башен и временного периода их интенсивного использования показывает, что башенные постройки хорошо сохранились только в тех районах Северного Кавказа, где в силу историче­ских обстоятельств родоплеменные отно­шения и их рудименты культивировались и в эпоху средневековья и в более позднее время. Это позволяет предположить, что причины устойчивого использования башенных сооружений обусловлены не столько факторами обороны, сколько культурной традицией, уходящей своими корнями в родовую эпоху горцев Север­ного Кавказа.

    Владимир СЕРГИЕНКО

    ПРИМЕЧАНИЯ

    1 Сулименко С. Д., Сергиенко В. И. Фор­мообразование ступенчато-пирамидальных заверше­ний башенных сооружений Северного Кавказа//Ар- хитектурное наследство.—М., 1990.—№ 39.

    2 Марковин В. И. Некоторые особенности сред­невековой ингушской архитектуры//Архитектурное наследство-М., 1974.-№ 23-С. 126.

    3 Interiano G. de. Sa vitae sito de Zichi, chiamati Circasse, historia notabile — Venezia: 1502. Страницы не пронумерованы. Цитата взята из книги Кобычева В. П. Поселение и жилище народов Северного Кавказа в XIX—XX вв.—М., 1982,-С. 18.

    Posted by admin @ 3:10 пп

Comments are closed.