Статистика:

Search

  • 09Апр

    Во второй половине 70-х гг. началось активное внедрение персональных компьютеров во все сферы человеческой деятельности, в том числе и в проектную. В СССР по традиции этот процесс начался с опозданием на 15 — 20 лет. Таким образом, сегодня мы переживаем бум компьютеризации, который за рубежом уже успешно схлынул. Однако при всей прогрессивности и значимости результатов этого подлинно революционного процесса нам приходится сталкиваться с целым рядом проблем, ранее неизвестных.

    Что же это за проблемы? Попытаемся их хотя бы перечислить.

    В первую очередь следует отметить ярко выраженную стихийность этого процесса. Нет никакой осмысленности и организованности в «компьютеризации» проектного дела в стране. Стало модно обзаводиться персональными компьютерами. При этом практически ни одна организация, приобретающая персональные ЭВМ, толком не занималась исследованием вопросов целесообразности и эффективности применения компьютеров вообще. Всех захлестнула стихия рынка. Организации приобретают, а через некоторое время перепродают свою технику. Фактически мы стали свидетелями соревнования тщеславий руководителей и администраторов. Престиж той или иной организации, а если точнее, администратора-руководителя, определяется количеством закупленных им персональных ЭВМ. В результате обладателями компьютеров стали те проектные фирмы, на чьем счету больше денег. Каждый руководитель производства стремится привнести в свою «обстановку» новый элемент интерьера — персональный компьютер.

    Ни Госстрой, ни Госкомархитектуры не имели до настоящего времени концепции решения этой проблемы. Складывается впечатление, что они были застигнуты врасплох внезапно начавшимися в стране перестроечными процессами, и компьютерный вал явился для них громом среди ясного неба.

    Большинство организаций восприняло поначалу персональные компьютеры как обычные, но более новые ЭВМ, и стало автоматически «замещать» большие и средние ЭВМ (типа ЕС ЭВМ или СМ ЭВМ).
    Никто не обратил внимания на то, что пришла качественно другая вычислительная техника, основное качество которой — это персональность. Кстати, это заблуждение весьма распространено. Поставив в своих организациях более компактные и более экономичные по энергопотреблению ЭВМ, большинство руководителей продолжало относиться к персональным компьютерам, как и к их предшественникам. Увы! То, что можно было сделать на большой или средней ЭВМ, не всегда возможно на персоналке, в то же время мало кто обратил внимание на ряд новых свойств, выгодно их отличающих от предыдущих поколений вычислительной техники.

    В среде английских программистов ходит следующая загадка-шутка. Можно ли считать большую ЭВМ персональной, если ключ от комнаты, в которой она стоит, принадлежит только вам? И можно ли называть персональным персональный компьютер, на котором посменно работает несколько человек?

    К сожалению, последний случай — явление довольно-таки распространенное в нашей стране. Да, персональный компьютер — тоже дефицитен.

    В большинстве случаев ранее созданные программы, рассчитанные на работу с большими или средними ЭВМ, стали, не побоюсь сказать, бездумно переписываться на персональные компьютеры. Естественно, это не всегда получалось. Эйфория быстро сменилась разочарованием. В результате сложилось мнение о персональных компьютерах как о дорогих и маломощных игрушках. Пошла волна дискредитации их значения в проектной деятельности.

    Немалую роль при этом сыграл тот факт, что интерактивный характер и персональность работы человека с компьютером никак не ложились в прокрустово ложе общегосударственной системы автоматизированного проектирования (САПР). Рушилось стройное здание безжизненной и мало кому нужной САПР в строительстве и архитектуре.

    Развитие кооперативной формы деятельности, появление рынка программных средств для автоматизированного проектирования нанесло окончательный удар фондам алгоритмов и программ и фондодержателям в отрасли. Это — еще одна неизученная сторона рыночной стихии.

    Отсутствие правовых аспектов регулирования интеллектуальной собственности повлекло повсеместное нелегальное копирование программных продуктов. Воровство в среде программистов достигло в нашей стране катастрофических размеров. Неконвертируемость отечественной валюты также подталкивает к этому немало владельцев персональных ЭВМ. Многие программные системы, так нужные в архитектурно-строительном проектировании, не доходят до нашей страны, так как фирмы боятся, in не без основания, незащищенности своих прав на советском рынке.

    Те немногие счастливчики, которые стали обладателями зарубежных «фирменных» программ, столкнулись с несовместимостью заложенной в них информации с нашими ГОСТами и СНиП. Встала дилемма: либо адаптировать эти программы к отечественным, далеко не однозначным стандартам, а это, к сожалению, не всегда удается, либо создавать свой программный продукт, который, естественно, по уровню возможностей и сервиса намного уступает зарубежным образцам. При этом появилась новая, далеко не безвредная тенденция «русификации» зарубежных программ. Конечно, можно понять радетелей «русских» версий — уровень преподавания иностранных языков в советской школе представляет бесконечно малую величину. Но вместе с тем такой перевод на русский язык «в лоб» приводит к потере первоначального смысла. В результате и появляются такие мутанты, как русифицированный АВТО-КАД, который имеет столько же общего со своим англо-американским оригиналом, как автомобили фирмы ФИАТ и ВАЗ.

    Posted by admin @ 12:21 пп

Comments are closed.