Статистика:

Search

В. С. Барковский

Тайны МОСКВА-ВОЛГОСТРОЯ

Сборник рассказов по истории строительства Канала имени Москвы
Москва 2007

Изображения

ПРЕДИСЛОВИЕ

Автор сборника, Валентин Сергеевич Барковский (см. ил. 1), хорошо известен работникам Канала имени Москвы. Вся его трудовая биография после окончания Ленинградского института водного транспорта связана с каналом. Валентин Сергеевич много усилии вложил в развитие и модернизацию электрохозяйства предприятия. Его знают и уважают нс только работники канала, но и энергетики Мосэнерго. Сейчас Валентин Сергеевич продолжает работать консультантом в отделе энергетики Правления канала.

Материалы для сборника В. С. Барковский собирал на протяжении многих лет. Эти рассказы помогут представить, как строился канал Москва — Волга.

ОТ АВТОРА

Толчком для создания этой небольшой книги явилось желание автора, работающего на Канале имени Москвы с 1960 года, приподнять завесу секретности, которая была создана вокруг строительства канала Москва — Волга. Причина такой секретности, точнее, скрытности, находится в так называемой «подписке» о неразглашении каких бы то ни было сведений о строительстве канала. Такую подписку давал каждый поступавший на стройку канала от уборщицы до руководителя (см. ил. 2).

К 70-летию Канала имени Москвы мне удалась закончить первую часть книги о канале — о периоде его строительства. Большую благодарность за помощь в подготовке этой книги я выражаю Ермаковой Нине Николаевне, которая оказала мне неоценимую услугу в распечатке моих тяжёлых рукописей, а также поддержала меня морально в раскрытии этой сложной темы.

ЧТО ИЗВЕСТНО О СОЗДАНИИ КАНАЛА ИМЕНИ МОСКВЫ

На период строительства (1933 — 1937 гг.) наш канал оказался самым большим каналом мира. К настоящему времени Канал имени Москвы является самым крупным каналом на территории Российской Федерации и бывших республик СССР

Хотя Канал имени Москвы существует уже 70 лет, и его строили многие сотни тысяч заключенных и многие тысячи инженеров и техников, книг но истории создания такого oipoMnoro комплекса гидротехнических сооружений почти нет. В 30-е, 40-е и 50-е годы это была закрытая для общественности и опасная в политическом плане тема.

До 90-х годов тема строительства канала оставалась закрытой для изучения. А с приходом гласности в нашей стране только одна книга о строителях канала вышла в книжном издательстве «Спасе» (город Дмитров Московской области) в 1997 году Это была книга Николая Алексеевича Федорова1 «Была ли тачка у министра?». В ней Н. А. Федоров, бессменный (до 2006 года) редактор газеты «Дмитровский вестник» (газета города Дмитрова и Дмитровского района) поместил накопившиеся у него очерки о строителях канала Москва — Волга. В этой книге, подкреплённой исследованиями автора в архивах ФСБ и МВД, впервые говорится, что на строительстве канала были использованы нс только лучшие инженерные и научные силы сграны, но и огромные массы заключённых из системы ГУЛАГа СССР. Потери последних были огромны. Но автор на эти цифры выйти не смог.

До II. А. Федорова в общую печать за 70 лез существования канала смогли выйти лишь две книги: «Волга идёт к Москве» (автор Лопатин, 1939)2 и «Записки строителя» (автор А. Н. Комаровский3, 1972). Обе эти книги, естественно, посвящены только техническим аспектам устройства канала.

Однако в издательстве «Советское законодательство» для юридических работников в 1935 году вышла книга Иды Леонидовны Авербах «От преступления к труду». Являясь в то время женой Генриха Ягоды, главы ОГПУ СССР, И. Авербах прямо говорит о том, что на строительстве Беломорканала и канала Москва — Волга использовались заключенные. Главным же смыслом этой книги, написанной на примере успешного применения труда заключенных на Беломорско-Балтийском канале и канале Москва Волга, является мнение автора о том. что приобщение заключенных к серьезному труду является хорошей воспитательной мерой, что из большинства заключенных можно сделать даже ударников социалистического труда. К сожалению, в этой книге ничего нс говорится о тех неприемлемых физических потерях людей, которыми сопровождались эти стройки.

Никто не выступает против указанной идеи И. Авербах «от преступления к труду». Но речь идёт о том, что во всех трех вышедших до 1997 года книгах ничего не говорится о тех методах, которыми начальники ГУЛАГа руководствовались в организации труда и быта заключенных. Эти методы были разработаны руководителями ГУЛАГа ещё в конце 20-х годов. Одним из разработчиков был некий Нафталий Френкель, всплывший в системе ОГПУ в начале 30-х годов. О нем писал еще А. И. Солженицын в романе «Архипелаг ГУЛАГ». Главной формулой этих методов была формула «от заключённого нам нужно взять все в первые три месяца, а потом он нам не нужен». Эта формула широко начала действовать в начале 30-х годов. Но с 1932 года, когда количество заключенных начало на долгие годы возрастать, 3 месяца в этой формуле переделали на 3 недели.

Такие очевидцы стройки канала Москва — Волга, как Лев Васильевич Агеев и Константин Константинович Кравченко, свидетельствуют, что на тяжелые общие работы типа земляных и бетонных гнали массой крестьян, привычных к физическому груду. Борясь за максимальную пайку в 1300 граммов хлеба, они выдерживали огромную норму лишь две — максимум три недели работы, после чего из-за истощения шло невыполнение нормы, и их сажали в наказание на 300 граммов хлеба. Но они дальше уже умирали в большинстве случаев. Начавшаяся в 1932 году массовая коллективизация, так называемое раскулачивание и высылка крестьян гнали в лагеря крепкую рабсилу, из которой и выжималась невиданная производительность труда за счет смертельного  исхода для большинства загнанных на такую работу. И очень удобно было списать вес эти достижения на ударничество и перековку. Именно эту правду следует сказать о стройках социализма 30-х и других годов. Об этом просили сказать Л. В. Агеев и К. К. Кравченко.

На подходе канала к городу Дмитрову (считая от Москвы) на западном берегу к 60-летию Канала имени Москвы в 1997 году был установлен памятный знак строителям канала (см. ил. 3). Этот знак в виде стилизованного креста был установлен на небольшие средства, собранные по инициативе профессора МГУ Михаила Владимировича Голицына. Помощь в установке креста оказали Яхромский район гидросооружений и руководители Дмитровского района. На некоторых гидроузлах уже в процессе строительства были установлены скульптуры, изображающие строителей канала и входящие в состав архитектурного оформления сооружений.

ДМИТЛАГ НКВД И СТРОИТЕЛЬСТВО КАНАЛА

16 июля 1931 года Пленум ЦК ВКП(б) принял решение о строительстве канала Москва — Волга. Москва задыхалась от нехватки воды. Гражданские власти нс знали, каким путём можно решить эту проблему. Поэтому начальный толчок в решении этой задачи пришлось сделать партийному органу. Первоначально строительство канала было поручено Наркомводу СССР. СНК СССР 10.10.1931 г. утвердил «Положение о государственном строительстве по сооружению канала Москва — Волга». На Москаналстрой, находившийся в ведении Президиума Мосгорисполкома, возлагалось строительство сооружений, обеспечивающих водоснабжение г. Москвы и создание водного пути, соединяющего Москву с Волгой.

Вскоре обнаружилось, что и Московские власти не способны решить эту сложную задачу. Постановлением СПК СССР от 28.05.1932 г. решение сё было возложено на ОГПУ СССР (прародитель НКВД СССР). На основании Постановления и приказа ОГПУ № 536 от 9.06.1932 г. начальником строительства канала Волга — Москва был назначен бывший начальник ГУЛАГа ОГПУ Л.И. Коган (см. ил. 4). До этого он возглавлял строительство Беломорканала. Приказом ОГПУ № 889 от 14.09.1932 г. на территории Московской области был организован Дмитровский исправительно-трудовой лагерь (Дмитлаг ОГПУ) с управляющим центром в городе Дмитрове. Дмитлаг занял комплекс зданий Борисоглебского монастыря.

СНК СССР держал под своим контролем разворот строительства канала. Так. в его Постановлении от 28.10.1932 г. «О строительстве канала Волга-Москва» было записано: «Не возражать против использования рабочих и технических сил Беломорсгроя для строительства канала Волга — Москва и Истринской плотины, возложить на ОГПУ организацию и руководство этим делом. Строительство окончить к августу 1934 года». Приказ ОГПУ от 31.10.1932 г. назначил руководство стройкой канала: начальник строительства Л. Н. Коган, заместитель начальника Я. Д. Рапопорт, главный инженер строительства Л. И. Фид-ман, заместители главного инженера строительства С. Я. Жук и И. Ф. Шапошников.

Началось создание и совершенствование инженерно-технической структуры стройки канала во главе с Управлением строительства. Приказом по строительству № 50 от 13.04.1933 г. было объявлено официальное название «Строительство канала Москва — Волга», а также сокращенное его наименование: «Москва-Волгостой» (аббревиатура МВС). Москва-Волгострой расположился рядом с Борисоглебским монастырем и к развороту строительства уже занимал 14 двухэтажных вновь построенных зданий, в том числе несколько зданий проектного отделения. К моменту разворота стройки на ней трудилось 3500 инженерно-технических работников (вместе с проектировщиками и изыскателями). Одновременно началось развитие структуры Дмитлага вместе с укреплением его руководства. Так, приказом ОГПУ № 0107 от 23.09.1933 г. новым начальником Дмитлага был назначен С. Г. Фнрин по совместительству с должностью заместителя начальника ГУЛАГа СССР (см. ил. 5). Возможности Дмитлага в связи с этим значительно возросли. Укреплены и инженерные кадры стройки: к руководству инженерно-техническим персоналом были привлечены лучшие учёные и инженеры страны.

Постановлением СНК СССР Хч 2640 от 3.12.1933 г. главным инженером МВС был назначен С. Я. Жук (см. ил. 6). Новый главный инженер смог доказать Правительству необходимость переноса срока завершения стройки, и СНК СССР Постановлением Хч 2640 от 7.12.1933 г. перенёс завершение стройки к навигации 1936 года.

К этому времени с основными задачами определились и инженеры стройки. Трасса канала вместо деления на 13 строительных участков (по приказу от 8.06.1932 г.) приказом Москва-Волгостроя от 17.01.1934 г. теперь была разделена на 38 участков, объединённых в 5 строительных районов — Северный, Центральный, Хлебниковский, Южный и Истринский4. Дмитлаг к этому времени имел 88500 заключённых. Он начал развиваться дальше в соответствии с новым делением на строительные участки и постепенным (по мерс проектирования и расширения проекта организации строительства) увеличением числа строительных площадок примерно до 400, включая различные карьеры (песка, щебня камня), участки лесозаготовок, подъездные пути ко всем площадкам, второй путь железной дороги Москва — Дмитров и другие.

В итоге численность Дмитлага возросла к 1 января 1936 года до 192 тысяч человек. Это данные по штату собственно Дмитлага. Такие свидетели, как А. И. Малин, называют цифру задействованных на стройке канала в несколько раз больше. Это вполне возможно, так как весной 1936 года обнаружилось, что второй срок сдачи канала опять срывается, а ГУЛАГ имел большой запас заключенных.

С. Г. Фирин развивал Дмитлаг не только количественно, но и качественно, добиваясь различными способами от заключённых необходимого минимума порядка и одновременно максимальной производительности труда. Это хорошо показал в своей книге «Была ли тачка у министра?» Н. А. Федоров.

Однако подозрительного по характеру Сталина такой способ руководства огромной армией заключённых, расположенной вблизи столицы, не устраивал. Он провёл в течение 1935 — 1936 годов реорганизацию ОГПУ СССР в НКВД СССР, убрав со своих должностей Ягоду и Фирина (последнего как заместителя начальника ГУЛА1′а). Приказ об освобождении С. Г. Фирина от этой должности но архивным данным прошёл как приказ НКВД СССР № 24 от 10.01.1936 г. Видимо, по этой же причине 9.08.1936 г. Л. И. Коган был освобождён от должности начальника МВС и назначен наркомом лесной промышленности СССР (!) — приказ НКВД № 727. С новым наркомом НКВД Сталин серьёзно перетряс состав Дмитлага. убрав политических заключённых и заменив их на так называемых бытовиков и мелких нарушителей порядка.

Развёрнутая стройка оказалась в организационном плане тяжёлым фузом на плечах главного инженера С. Я. Жука и его окружения, в том числе нескольких тысяч высококлассных инженеров. Большие усилия оставшихся организаторов стройки и безотказное получение необходимой рабсилы от ГУЛАГа всё равно не позволили завершить стройку к навигации 1936 года (под этим предлогом и был освобождён от должности Л. Коган). Сдать канал с недоделками удалось лишь к маю 1937 года.

17 апреля 1937 года канал был заполнен водой из водохранилищ водораздельного бьефа, так как на насосных станциях ещё не был закончен монтаж схем электроснабжения насосов, а вода в водохранилищах
уже была накоплена. 22 апреля Сталин, Ворошилов. Молотов и новый нарком НКВД Ежов посетили канал. Убедившись в окончании стройки. Сталин дал окончательную отмашку: 28 апреля 1937 гола были арестованы начальник Дмитлага С. Г. Фнрин (ещё находившийся на этой должности) и начальник 3 отдела’ С. В. Пузицкий. Но их следам вскоре было арестовано ещё 219 человек, многих из них к концу 1937 года нс стало. С. Г. Фнрин был расстрелян в августе 1937 года6. В середине 1937 года Дмитровский лагерь был свёрнут, заключённые переведены на другие стройки социализма.

ГДЕ РАСПОЛАГАЛИСЬ ЛАГЕРЯ ДМИТЛАГА?

Дмитровские исправительно-трудовые лагеря к моменту своего максимального разрастания, то есть к 1936 году, представляли из себя огромную сеть лагерных пунктов (ЛП), располагавшихся в соответствии с картой строек канала, в том числе вспомогательных объектов этой стройки. Документация но расположению ЛП Дмитлага почти не сохранилась.

Так, недавно в техническом архиве канала обнаружилась фотография со схемой расположения 40 «рабочих посёлков» вдоль всей трассы канала (см. ил. 7). При схеме имеется таблица с расчётом по всем этим 40 «точкам» (понимай ЛП) рабсилы для «производства работ грабарями и тачечной возкой» по надписи к таблице. Полная сумма этой рабсилы составляет 189569 человек. Этот документ составлен за четырьмя подписями специалистов и руководства «Конторы начальника работ в г. Дмитрове», датирован 9 августа 1932 года как документ № 1 и имеет штамп «Строительство канала Волга-Москва». Ясно, что этот документ готовился в качестве заказа в ГУЛАГ ОГПУ СССР на рабочую силу для производства только по сектору земляных работ. Понятно, что по мере подготовки производства других работ готовились следующие такие заказы. Информация, полученная мною в 2002 году от Малина А. И. о суммарной численности Дмитлага, достигавшей но его словам 800 тысяч человек, не кажется неправдоподобной.

11о смыслу и по дошедшей до нас информации от старых работников канала ясно, что при крупных узлах сооружений (например, Тушинский узел строительства) располагалось по два крупных ЛП. Это, например ЛП на 3000 человек у западного берега канала № 294 и ЛП на 5000 человек в долине р. Химки между каналом № 294 и Химкинской плотиной. Или, например, два ЛГ1, обеспечивавших стройку гидроузла «Перерва»: один ЛП у плотины № 40 вблизи древнего Николо-Перервинского монастырского комплекса (ЛП иностранцев), и ещё один ЛП ниже шлюза № 10 на нравом берегу р. Москвы у Коломенского заповедника, здесь располагался специализированный ЛП из священнослужителей.

Один из ЛИ. обеспечивавший постройку насосной станции № 184 и подстанции при ней. располагался на месте северной половины посёл-ка Комсомольский при Яхромском РГС.

Автору удалось выяснить расположение 69 ЛП стройки канала. Сюда, видимо, вошли и вышеуказанные 40 ЛП со схемы 1932 года Это оказалось возможным благодаря тому, что в техническом архиве Канала имени Москвы по основным строительным районам сохранились карты земельных отчуждений для нужд строительства канала Москва Волга. Кроме отвода земли под трассу канала и его сооружений на этих картах по Волжскому, Северному, Дмитровскому, Центральному, Икшанскому и Водопроводному строительным районам7 обозначены площадки иод ЛП и их размеры. Названия этих ЛП нанесены как «рабочие посёлки» (РП), но ясно, что это площадки ЛИ, а не рабочие посёлки эксплуатационников. Все эти карты составлены для утверждения в вышестоящих органах по состоянию на июнь — август 1934 года. Общая площадь этих 69 РП составляет 849,22 га. Размер отдельных РП колеблется от нескольких до 20 — 30 га, и даже до 30 — 40 га. Например, иод РП у шлюза № 2 отведено 34,4 га. а под РП у центрального лесозавода в Талдомском районе отведено 48 га. Ясно, что РП (ЛП) площадью 20 — 30    40 га, по существу, являлись лагерными отделениями Дмнтлага, и они, как и центральный распределительный лагерь*, выполняли функцию распределения лагерной рабсилы по отдельным ЛП (не более 5000 человек).

В техническом архиве Канала имени Москвы можно обнаружить планы отдельных ЛП с обозначением состава сооружений. Названия этих планов весьма интересны. Например: «Проект планировки рабочего посёлка подкомандировки Искра» (на 20 бараков для заключённых и несколько строений административно-технического назначения). Или: «План подкомандировки рабочего посёлка 6 участка Центрального района у села Б. Афанасово на 5 тысяч человек» (на 25 сдвоенных бараков). Или: «План командировки Шереметьево» (5 палаток и одна конюшня). План лагпункта в Подосинках между гидроузлами № 4 и №5 приведён в иллюстрациях (ем. ил. 8).

Так что, следы лагерей желающие могут обнаружить на конкретной местности, ориентируясь на вышеуказанные документы. Например, до кирпичной площадки бывшей столовой ЛП на гидроузле № 4 всего 100 метров от которы Яхромского РГС. Эта площадка находится левее лестничного спуска на гидроузел № 4.

КТО РУКОВОДИЛ СТРОИТЕЛЬСТВОМ КАНАЛА МОСКВА — ВОЛГА

В 25 томах отчетов Правительственной комиссии по приёмке работ по Каналу перечислены как все сооружения, так и их основные параметры. и гам же дана краткая характеристика кадров, руководивших строительством. Правда, численность привлекавшихся для стройки рабочих (а также заключённых) по понятной причине не указывается. Но отмечено, что стройкой руководило 3500 человек инженеров и техников. Указано, что для грамотного выполнения работ за период стройки было обучено 83 тысячи рабочих (видимо, из заключенных) профессии бригадира и десятника.

Даже в отчёте по кадрам стройки не говорится о привлечении заключённых для строительства Канала. По вышеуказанному Постановлению Правительства от 28.05.1932 г. строительство канала было поручено ОГЛУ СССР. Таким образом, общее руководство стройкой, а точнее, обеспечение её необходимым составом рабочей силы и инженерных кадров осуществлял ГУЛАГ СССР, заместитель начальника ГУЛАГа являлся также начальником Дмитлага. Недавно удалось получить из Государственного Архива РФ цифру по количеству заключённых в Дмитлаге на 1.01.1933 г. — 10400 человек, на 1.01.1934 г. — 88534 человека. Так что, рабочей силой страна начала обеспечивать строительство Канала достаточно интенсивно. Дело оставалось за обеспечением стройки необходимыми инженерными кадрами, в первую очередь, изыскателями и проектировщиками.

Составить хороший проект значило решить более, чем наполовину, задачу успешного создания канала. Поэтому формированию грамотного коллектива проектировщиков было уделено с самого начала большое внимание. Уже в первом своём постановлении от 15.06.1931 г. «О создании канала Москва — Волга» Пленум ЦК ВКП(б) писал: «…и поручает московским организациям совместно с Госпланом и Наркомводом приступить немедленно к составлению проекта этого сооружения, с тем, чтобы уже в 1932 голу начать строительные работы по соединению Мо-сква-рскн с Волгой». Главным инженером созданного вскоре Управления Москаналстроя был назначен руководитель кафедры гидротехнических сооружений Московского института транспорта профессор Л. И. Фидман. Позднее он стал главным инспектором Управления, а главным инженером — Сергей Яковлевич Жук, за плечами которого был опыт строительства Беломорско-Балтийского канала.

Таким образом, из московских и частично других институтов были набраны для проектного управления лучшие инженеры того времени по всем основным направлениям проектирования: В. Д. Журнн, Г. С. Мнхальченко, Н. В. Васильев, Б. М. Хургсль, И. С. Семёнов, М. Н. Попов, Л. И. Баумгольц, Г. Л. Руссо. В. В. Киреев. Этот костяк инженеров стал быстро обрастать выпускниками московских и других вузов. Из 14 двухэтажных деревянных здании управления Москва-Волгостроя (преемник задач Москаналстроя) в г. Дмитрове почти половину занимало проектное отделение.

Организация строительства по готовому, а нередко и полуготовому проекту, была для инженеров-производственников не менее сложной задачей, чем проектирование. Среди инженеров-производственников Л. Н. Комаровский выделяет таких, как Николай Дмитриевич Холин, внедривший впервые в СССР в широком масштабе гидромеханизацию для перемещения фунтов, и Сергей Владимирович Шестоперов, оптимизировавший процессы в области производства крупных бетонных работ. И. И. Костров, Н. В. Кипианн, И. А. Процсров, А. И. Бурмистров, Н. И. Хрусталёв. Д. С. Захаров, И. В. Скачков также запомнились А. Н. Комаровскому как опытные организаторы стройки.

На втором этаже здания Управления канала в Москве9 к 50-летию Канала по инициативе JI.C. Быкова, трагически погибшего в автокатастрофе в 1993 году, была развёрнута экспозиция10, в которой приведено 23 фамилии основных руководителей стройки. Там же были приведены 12 фамилий первых руководителей эксплуатации канала во главе с первым начальником Управления эксплуатации Александром Николаевичем Комаровским (см. ил. 9).

В техническом архиве ФГУП «Канал им. Москвы» имеется книга А. Н. Комаровского «Записки строителя» 1972 года издания Издательства Минобороны СССР. Значительную часть её автор посвящает строительству канала Москва — Волга, в том числе основным фигурам того штата проектировщиков и инженеров стройки, которые обеспечили и успешное проектирование и успешное строительство Канала. Из этой же книги желающие могут узнать, какие проблемы возникли при строительстве гидросооружений и как они решались. Книга иллюстрирована чертежами гидросооружений и портретами 15 инженеров, проектировщиков и строителей.

В 30-е годы крупнее строительства, чем канал Москва — Волга, в стране не было. И успешно эту стройку удалось осуществить благодаря тому, что на неё были направлены лучшие представители инженерных кадров, а лучшие заводы страны поставляли на канал необходимое оборудование.

НКВД ЗАМЕТАЕТ СЛЕДЫ ДМИТЛАГА

Известно, что при строительстве канала Москва — Волга погибло очень много заключённых, сооружавших канал. За 70 лет существования канала многие свидетели стройки говорили об этом. Но документами полное число погибших пока никому подтвердить не удалось.

В тоже время списки численности и списки убыли по всем лагерным пунктам, естественно, существовали. С охраны лагерей спрос был жёсткий, в том числе за побеги. Поэтому календарный учет заключенных вели строго. Регулярные отчёты по численности оседали в архиве учётно-распределительной части Управления Дмитлага НКВД, находившегося в Борисоглебском монастыре в городе Дмитрове.

На сегодня о судьбе архива Дмитлага известно следующее. Осенью 1941 года при приближении немцев к Москве архив Дмитлага эвакуировали. Управление канала по распоряжению НКВД выделило для этого людей и транспорт в виде небольшой баржи с буксировщиком. Для сопровождения архива были назначены два ответственных человека из работников канала. Это были Изотов Николай Иванович, работник службы автоматики, и Тельпуховский Евдоким Семёнович, начальник энергодиспетчерской службы канала. К сожалению, неизвестны фамилии команды буксировщика. По распоряжению НКВД груз был доставлен в Ульяновск на Волге.

Но тут произошло совершенно невероятное. Когда ящики с архивными документами с трудом вьпрузили на речной причал (Изотов и Тельпуховский были инвалидами), чиновник НКВД, встречающий груз, приказал прибывшим разжечь костер и привезенные ящики побросать в него. На вопрос Тельпуховского, отвечавшего за доставку груза: «Что это значит, и как я буду отвечать в Дмитрове за сдачу груза?» — ему грубо ответили: — «Не ваше дело!». И ящики были сожжены. Дмитровские или московские чины НКВД не решились сжечь архив на месте, а Ульяновский НКВД либо не захотел организовать хранение прибывшего архива, либо получил команду архив уничтожить. В любом случае НКВД не хотел огласки материалов Дмитлага в случае попадания архива к немцам. НКВД явно было что прятать и скрывать. Такая спешка при эвакуации архива была именно из-за наступления немцев, которые в эго время приближались к Яхроме. Немцами даже был захвачен восточный берег канала на один день 28 ноября 1941 года.

Исследователи истории Канала имени Москвы в части деятельности Дмитлага оказались в тупике. С одной стороны свидетели стройки канала, например Кравченко К. К., Малин А. И., Пашинин И. С., говорят, что смертность на канале была большой, привода примеры того, что они видели. С другой стороны не каждый день на объекте (лагерь и стройплощадка) появлялись трупы.

Но сколько все-таки, примерно, граждан пришлось уложить на этой, конечно, важной для страны стройке? По деньгам постройка канала обошлась государству совсем дёшево, всего в 1,5 млрд, рублей. За 240 гидротехнических сооружений и 172 км трассы канала это оказалось совсем немного, благодаря дешевой рабочей силе из заключенных. За хорошую сохранность её можно было не бороться, так как получить пополнение всегда было несложно. Потоки заключённых по стране, вследствие развёрнутых командой Сталина политических репрессий, в эти годы как раз сильно возросли. А начальник Дмитлага НКВД Семён Фирин был одновременно заместителем начальника ГУЛАГа и мог подбросить в Дмитлаг других заключённых.

Имеющиеся в Государственном архиве РФ 180 дел чисто московского делопроизводства по каналу Москва — Волга нс могут пока пролить свет на самую главную тайну Дмитлага — сколько же строителей погибло вследствие истощения, болезней и расстрелов в условиях непосильного для большинства заключенных физического труда на землекопных, бетонных, монтажных и других ручных в большинстве своём работах. Хорошее кормление и хорошая одежда по всем сезонам круглогодичного производства работ могла бы во много раз снизить смертность заключённых. Но этого ГУЛАГ СССР обеспечить при огромных потоках заключённых нс мог, да и не хотел.

Дмитровские историки, оказавшиеся на ранних стадиях ближе к первоисточникам, оценивают количество погибших на канале Москва-Волга строителей в диапазоне 0,7 — 1,5 млн. человек. Ввиду страшной величины этой цифры историкам России необходимо обязательно до копаться до истины. Скорее всего, здесь большое преувеличение. К сожалению, старательность чиновников системы НКВД-МГБ-КГБ, да и многих гражданских чинов в сокрытии такою рода тайн поражает. Например, когда среди бумаг- и чертежей технического архива канала начали попадаться расстрельные списки Дмнтлага, руководство Канала имени Москвы организовало в 70-е годы специальную комиссию, чтобы профильтровать технический архив. Но собранные бумаги нс были переданы в документальный архив канала, а увезены в неизвестном направлении. По рассказу одного из членов этой комиссии С. Н. Шсвср-дясва их поразило то, что расстрельные списки были очень большие. Как правило, это был целый лист формата А4. Поражало нс меньше и го, что людей отправляли на расстрел простой резолюцией под списком «Расстрелять» и всего одной малоразборчивой подписью.

Работники Государственного архива РФ А. И. Кокурин и Ю. Н. Мо-руков выпустили в 2005 году книгу «Сталинские стройки ГУЛАГа». В предисловии к этой книге они пишут, что до сих пор большая часть документов за 30 — 40-е годы XX столетия ещё не рассекречена. А в самой книге сообщено о суммарной смертности в Дмитлаге за период с тройки канала в 22842 человека. Предупреждение авторов о неполноте информации заставляет историков продолжать поиски истины.

Если правда, что сожжен архив в Ульяновске, то на этом вопросе стоит большое белое пятно.

ГЛАВНЫЙ СВИДЕТЕЛЬ СТРОЙКИ

Для автора данного сборника главным свидетелем стройки канала является Кравченко Константин Константинович. Он родился 16 сентября 1915 года в городе Кинешме Ивановской области в семье мелкого ювелира. Начальную школу Костя окончил в г. Саратове, куда родители перебрались из Кинешмы. После школы он поступил и закончил годичные курсы киномехаников при Саратовском радиокомбинате (1932 1933 гг.). В голодные 1930 — 1933 годы разорённые революцией родители не смогли прокормить семью, и сын был вынужден, работая электромехаником, заняться мелким промыслом. Он покупал в аптеках города раствор ляписа и получал из него путем химической реакции серебро для мелких поделок (кольца, браслеты и др.) на продажу. Эта его деятельность была пресечена в 1933 году бдительной милицией. По статье «экономическая контрреволюция» Кравченко быстро был осуждён на 10 лет трудовых лагерей. Благодаря имевшимся связям отца в 1934 году приговор был пересмотрен с 10 лет на 4 года лагерей. Кравченко спасло свидетельство продавщиц двух аптек, в которых он покупал ляпис, и то, что количество продаж ляписа в одни руки не было правилами торговли ограничено.

В связи с разворотом строительства канала Москва — Волга Кравченко в марте 1934 года с эшелоном заключённых прибыл на стройку, попав в Оревский лагерь Дмитлага. В Орсвском лагпункте Костя попал в первые несколько месяцев на общие, в том числе, на тяжёлые земляные работы. Истощение организма дсвятнадцатилстнего парня к осени 1934 года достигло опасной степени, но в это время в Дмитлаг привезли кинопередвижку для ведения кинопропаганды среди заключённых. Кравченко узнал, что среди заключённых ищут человека, знакомого с киноустановкой. Это и спасло Костю от смерти. Он заявил о себе и об окончании им Саратовских курсов киномехаников. Кравченко сделали киномехаником лагеря. А через некоторое время его взяли на курсы элсктрнков-монтажников. Эти краткосрочные курсы вёл заключённый Иосиф Эйхенвальд.

Приобретение специальности электрика-монтажника окончательно спасло молодого человека, так как навсегда избавило его от смертельных земляных и бетонных работ. За проявленную активность в работе Кравченко К. К. получил двойной зачёт срока, те есть вместо четырёх лет он провёл в качестве заключённого всего два года. Таким образом, с весны 1936 года он продолжал работать на стройке канала как вольнонаёмный.

С вводом канала в 1937 году Кравченко на всю жизнь остался на канале. Работал вначале техником по защитам и автоматике на насосной станции № 183 в Яхроме, а затем его взяли как грамотного специалиста в центральную службу канала по защитам и автоматике, где он работал до 1979 года. Уйдя на пенсию, Константин Константинович не порвал с каналом. По истории строительства канала он предоставил много информации главному редактору Дмитровской газеты Н. А. Фёдорову». В период перестройки он охотно делился информацией о пребывании в лагере и на стройке с близкими работниками канала (см. ил. 10, 11).

Умер Кравченко К. К. июле 2003 года, не дожив до 88 лет двух месяцев. Это был последний из строителей канала, который нам известен. Он до последних дней дружил с работниками канала, и это поддерживало в нём бодрость духа. К тому же Константин Константинович со старых времён сохранил хобби изготовления различных мелких предметов и украшений, являясь, как и на производстве в области автоматики, настоящим Кулибиным своего дела.

ГДЕ ЖЕ ЗАХОРОНЕНИЯ ЗАКЛЮЧЁННЫХ?

Гигантская стройка 30-х годов 20 века проекта Москва — Волга раскинулась почти на 200 км по длине (от гидроузла «Перерва» на юге Москвы до Волги у города Дубны и далее до Калинина12 и Рыбинска), поглотив большое количество заключённых. Из-за уничтожения архивов Дмитлага НКВД осенью 1941 года невозможно документально определить число погибших от физического истощения и голодного питания, от холодов, болезней и расстрелов. Круглосуточное и круглогодичное производство работ на большинстве строек ещё больше увеличивало смертность.

Практически отсутствует и документация по местам захоронений.

Известные теперь причины и методы репрессий позволяют считать, что подавляющее число заключённых были безвинными жертвами сталинского режима. Работникам канала за 70 лет эксплуатации открывалась информация по целому ряду мест таких «строительных» захоронений. Они нередко делались в пределах самих стройплощадок. Например, на гидроузле «Перерва» несколько раз обнажались из-за размыва потоком опорожнения из камеры шлюза отдельные фрагменты скелетов людей по правому берегу реки Москвы ниже шлюза № 10. Старожилы, работавшие ранее на этом гидроузле, сохранили информацию о захоронении заключённых выше верхней головы шлюза по правой стороне (см. ил. 12).

По информации действующего начальника гидроузла № 9 Лукшнна В. А., полученной им от старых работников гидроузла захоронение заключённых от Карамышевской стройки находится в существующем сквере между шлюзом № 9 и зданием Карамышевской гидростанции (см. ил. 13).

Практически у каждого гидроузла канала, где производились крупные работы, периодически встречаются навалы скелетов, что сразу позволяет отличить эти захоронения от старых заброшенных кладбищ. Например, такие навалы человеческих скелетов были обнаружены в 70-е годы на месте строительства инфекционной больницы № 1 но Волоколамскому шоссе, 63 и второго тоннеля у шлюза № 8 со стороны больницы МПС (ем. ил. 14).

Беспорядочность захоронений бросалась в глаза и 3.07.1934 г. по Дмитлагу был издан приказ № 359. В нём говорилось, что «вопросу отвода участков под захоронения со стороны начальников строительных районов и участков нс уделяется должного внимания, участки под кладбища занимаются произвольно, без учёта охранной зоны канала и расположения водоисточников, кладбища нс окопаны, не обнесены изгородью. захоронения трупов производятся небрежно, особенно в зимнее время».

Из приказа видно, что эти нарушения (а, по существу, безобразия) особенно проявились в Южном строительном районе на Никольском и Щукинском участках, в Северном районе на Запрудне и Орудьевском районе (зона Орудьсво). Было приказано в месячный срок оформить такие захоронения, выполняя их, по возможности, на гражданских кладбищах, а самостоятельные кладбища открывать только в крайних случаях, согласовывая их с начальниками санитарных отделений лагерей и гражданскими органами санитарного надзора. Упоминание о последних органах говорит о том, что в их архивах можно найти следы таких захоронений. В картах отчуждения земли под сооружения канала также можно найти места, отведённые под кладбища заключённых. Во всяком случае, заботливые начальники строительных районов просили топофафов отводить под кладбища 2-3 участка.

В Талдомском краеведческом музее имеется с 2002 года сообщение руководства Темновского лесничества о том, что лесниками этой организации при очередном обновлении лесопосадок обнаружено две площадки массовых захоронений людей. По мнению лесничества эти захоронения относятся ко времени строительства канала.

ПОСЕЩЕНИЕ СТАЛИНЫМ ГЛУБОКОЙ ВЫЕМКИ В 1934 ГОДУ

Память людей сохранила эпизод события, произошедшего 4 июня 1934 года по инициативе Сталина на стройплощадке Глубокой выемки у города Химки.

Этот эпизод наблюдал своими глазами Щербаков Пётр Иванович, работавший на строительстве канала Москва — Волга топографом. В момент этого эпизода Щербаков со своим геодезическим инструментом оказался рядом со свитой И. В. Сталина, так как не имел права покидать свой инструмент (теодолит или нивелир) и занятую инструментом геодезическую точку.

Глубокая выемка отличалась ог других площадок тем, что выемку фунта под русло канала приходилось осуществлять до глубины 25 м (см. ил. 15). Для спуска Сталина и свиты в выработанный котлован на одном из участков Глубокой выемки была построена шикарная деревянная лестница со скамейками для отдыха свиты на промежуточных площадках.

В этом котловане работало много землекопов из заключённых Дмит-лага НКВД. Заканчивая осмотр котлована, Сталин вдруг обратил внимание на то, что заключённые работают без всякой обуви, то есть босиком. Хотя было начало лета, погода нс была тёплой. Сопровождающих свиту руководителей стройки (начальник строительства Л. Коган, начальник Дмитлага С. Фирин и др.) Сталин ту г же строго допросил, почему рабочие работают без обуви. Те отвечали не очень определённо: мол, народу пришлось направить на эту стройку много, и на всех обуви не хватило, но недостающая обувь на подходе. Закончил этот разговор Сталин очень резко, приказав, чтобы через 2 часа все рабочие были обуты, а в отношении нескольких человек (начальника отдела снабжения, начальника участка и ещё кого-то) сказал: «А этих расстрелять!».

Этих людей чины НКВД из охраны канала тут же схватили и расстреляли здесь же у котлована. Топофаф Щербаков был этим потрясён и молчал, по рассказывая никому об этом, так как все, поступая на стройку канала, давали «Подписку» о том. что подписант нс имеет права никогда никому рассказывать, что видел или слышал на стройке канала. Только в период перестройки (начало 90-х годов) незадолго до смерти Щербаков П. И. рассказал об этом эпизоде Корнилову Юрию Петровичу, работнику канала, которою он знал очень хорошо много лет.

Очень важно, что этот эпизод дошёл до нас. Недавно о нём мне рассказал Корнилов Ю. П. Я в 60-е годы знал и Щербакова П. И., он казался тогда очень скрытным и серьёзным человеком. С Корниловым Ю. П. мы знакомы давно, его хорошо знают старые работники канала. Это очень серьёзный человек. Поэтому достоверность этого эпизода можно считать достаточно полной.

В целом, из этого эпизода можно сделать следующее важное заключение: Сталин недопустимо вольно обращался с судьбами людей. И хотя по результатам своего осмотра стройплощадки справедливо указал на недопустимость такого содержания заключённых (без обуви, на которую в смете стройки были выделены деньги), но без следствия и суда отправлять людей одной простой командой на расстрел — это верх беззакония. Это одновременно и самое главное — циничный и кошмарный пример для своих подчинённых, в том числе чинов ОГПУ-НКВД. Л некоторые до сих пор пытаются обелять Сталина, заявляя, что он был ни при чём, все репрессии творили, мол, его подчинённые за его спиной.

БЕТОННАЯ МОГИЛА

Стройка поглотила много заключённых, так как условия (уровень) их питания и отдыха совершенно не соответствовали исключительно тяжёлой физической нагрузке на человека. Трупы заключённых отвозили в ближайшие леса, но история не оставила нам меток этих захоронений. Однако периодически неожиданно приходится сталкиваться с такими захоронениями (сообщения 2001 года Темиовского лесничества в Талдомский краеведческий музей, сообщение краеведа Меркуловой Л. К. из нос. Деденево в Яхромский РГС и др.). А бетонный массив западной башни нижней головы шлюза № 3 (см. ил. 16) стал навечно могилой одного из заключённых, работавших на стройпрощадке в Яхроме. Этот человек упал во время бетонирования в заготовленный котлован. Подача раствора уже была начата, когда один из заключённых пошатнулся от истощения и упал в бетонируемый котлован для устоя нижней головы. Производитель этих работ (прораб), зная, что по технологической инструкции запрещается прерывать начатое бетонирование, запретил другим работающим поднимать упавшего, то есть приказал продолжать работ)’. Тело этого человека навсегда осталось замурованным в бетоне устоя шлюза.

Об этом эпизоде автору, молодому инженеру гидроузла № 3, рассказал один из охранников ВОХР гидроузла примерно в 1962 или 1963 годах. В одну из годовщин канала я разговорил охранника на тему истории канала и вдруг услышал ею признание. Он заявил, что был сам свидетелем рассказанной сцены, так как работал в охране заключённых. Так что эпизод этот можно считать вполне достоверным. Он показывает. как мало в то время стоила человеческая жизнь (как для Сталина, так и для простою прораба). Ведь тот же прораб, который запретил поднять упавшего в котлован, был или совсем безграмотным (что маловероятно, так как на ответственные бетонные работы ставили подготовленных производителей) или совершенно бездушным человеком в духе ГУЛАГовской системы. На время подъёма человека (10 — 15 минут) перерыв в бетонировании вполне допустим. Вот так возникла безымянная бетонная могила.

ПАННО БРУНИ — ЗАМУРОВАТЬ!

На башнях нижней головы шлюза № 6 с самого начала строительства были выполнены мозаичные панно художника Бруни Л. А., входившего в штат Центральной художественной мастерской канала. Этот художник на панно изобразил рабочих с тачками для земляных работ. Тачки на фоне поднимающихся сооружений смотрелись нормально и, самое главное, отражали правду. Из 200 миллионов кубомегров земляных работ по каналу две трети были выполнены вручную, то есть лопатами и тачками. Это панно попало в качестве 87-й иллюстации в книгу архитектора А. И. Михайлова «Архитектура канала Москва — Волга», изданную в 1939 году (см. ил. 17). В 1960 году, когда автор прибыл из института на канал, утих панно на шлюзе № 6 уже не было. Когда и почему исчезло это «художество вредителя Бруни»? Попал ли он в число 219 «вредителей и врагов народа», расстрелянных в 1937 году вместе с начальником Дмитлага С. Фириным?

Из рассказа бывшего работника шлюза № 7 Чернышова Валентина Григорьевича становится ясно, куда исчезло панно. Ранее, в 1950 — 1970 годы он работал водолазом на водолазной станции в Яхромском районе гидросооружений. Бывая по работе на всех сооружениях района. Чернышов услышал однажды от маляра шлюза № 6 Барабанова Прокофия Иосифовича следующую историю. Он вдруг признаётся Чернышову: «Я устал закрашивать это вредительское панно, оно опять проступает. Я уже два раза закрашивал его самой крепкой краской, и меня хотят объявить вредителем. Придётся предпринять что-то более капитальное». Чернышов не помнил, чем закончилась эта история.

Сейчас на месте этих панно все простенки башен нижней головы шлюза № 6 заложены строительной плиткой. А тогда, видимо, какой-то чинуша из органов НКВД отдал такой приказ — уничтожить панно как вредительское.

В число 219 человек, уничтоженных НКВД вместе с начальником Дмитлага. возможно, вошёл и художник Л. А. Бруни, осмелившийся показать даже нс ужасы ГУЛАГа, а то, что на канале применялись тачки и заключённые-землекопы, а не сплошные экскаваторы и весёлые машинисты-экскаваторщики.

ИСТОРИЯ ЗНАКА МВК

Сокращённое название МВК — Москва — Волга — Канал — было сразу подготовлено для завершения отделочных работ на канале. Этот знак совместно с конструкцией ограждающих парапетов (ограждений) и конструкцией ворот для основных сооружений канала был красиво оформлен одним из художников Центральной художественной мастерской Дмитлага НКВД и представлял собой следующее изображение. На фоне конструкции двух скрещенных судовых якорей были размещены эти три большие буквы — МВК. А по центру знака — морской кортик (кинжал). По элементам этого знака вьётся изображение гибкого морского (речного) каната. Знак получился очень красивый. И каждый гидроузел был очень рад заполучить эти замечательные знаки — символы канала.

Но. вот, что рассказала мне работавшая до недавнего времени судопропускником шлюза № 4 Войнснкова Анполинария Васильевна (Яхромский РГС). Летом 1951 или 1952 года она уже работала на этом шлюзе. Вдруг приезжает бригада слесарей е транспортом и начинает снимать все металлические парапеты (ограждения) с обоих устоев нижней головы шлюза. Указанные парапеты были оснащены этими буквами-знаками. Они особенно хорошо смотрелись с проходящих судов. «Парапеты и знаки были совершенно исправны, и это происшествие. — говорит Анполинария Васильевна, — вызвало у нас большое удивление». От подошедших руководителей гидроузла Войнснкова узнала, что знаки МВК были признаны вредительскими ещё в 1937 — 1938 годы и подлежат демонтажу и уничтожению.

Позже удалось узнать, что какой-то чин то ли из НКВД, то ли из политорганов канала (в штате Управления канала кроме обычного партийного бюро находился и представитель 1 (К ВК11(6), вдруг узрел, что кинжал в центре знака изображён с вредительским умыслом, он проткнул сердце канала с целью его уничтожения. К сожалению неизвестно, что было сделано с автором этого прекрасного знака. А сами знаки всерьёз начали снимать вскоре после виола канала в эксплуатацию. Но так как знаки были выполнены заподлицо с парапетами, и новые парапеты невозможно было быстро изготовить и установить, то демонтаж этих знаков затянулся, а тут грянула война. На некоторых сооружениях этот знак кое-где сохранился до сих пор, например, на водоприёмнике и водозаборе насосной станции № 184. Только два знака на водоприёмнике насосной станции № 184 сохранились в первозданном виде (см. ил. 18), на других знаках выломан вредительский кинжал, как частичное выполнение грозного указания сверху (см. ил. 19).

В уточнение этой истории интересно рассмотреть знак в альбоме «Архитектура канала Москва — Волга», выпуска 1939 года. На фотоснимке № 88 «Деталь решётки шлюза № 4» видно (сравни с иллюстрацией 18.). что кинжал уже вырубили. Но снимок этот сделан не на шлюзе № 4, а на водоприёмнике насосной станции № 184 (у шлюза № 4). В 1937 году сотни строителей, инженерно-технических работников, художников во главе с руководителями строительства канала были арестованы и 219 человек к концу 1937 года были расстреляны по обвинению в заговоре против Сталина и вредительстве (см. книгу Н. А. Фёдорова «Была ли тачка у министра?»). Возможно, в эти 219 человек попал и автор знака МВК.

ЧУДЕСА СТАЛИНСКОЙ АРХИТЕКТУРЫ

Архитектура производственных зданий гидросооружений канала у многих вызывает восхищение. Она действительно хороша.

Книга архитектора А. И. Михайлова «Архитектура сооружений канала Москва — Волга» в целом правильно отражает настроения архитекторов. привлечённых для архитектурного оформления сооружений канала Москва — Волга. Архитекторы исходили из того, что пассажиров и других посетителей канала внешнее оформление сооружений должно радовать, отражая внешний стиль социалистической эпохи — всё для человека, всё дтя вдохновенного его труда на благо Родины. Однако, преследуя эту цель, ряд архитекторов явно переборщили, так как их не ограничивали в возникающих затратах на дополнительные элементы зданий и сооружений. Архитекторы знали, что их призвали возвеличить достижения социалистической эпохи. Нередко архитектурное оформление в несколько раз превышало стоимость самого здания. Так получилось, например, с оформлением здания механизма заградительных ворот № 114. Это сооружение поставлено на канале № 291 между Учинским и Клязьминским водохранилищами. За1радворота состоят из 74 А-образных стальных ферм шириной по 1 м. Эти фермы, поднимаемые друг за другом электрифицированной лебёдкой, должны в случае необходимости перегородить канал, который в створе заградворот имеет ширину 74 м. Для размещения указанной лебёдки и небольшого электрощита необходимо небольшое одноэтажное здание простейшей конструкции. Вместо этого лебёдку прикрывает настоящий дворец (см. ил. 20) с захватывающей дух архитектурой. В то же время миллионы советских граждан мучались в тесных коммунальных квартирах. Вместо дворца над лебёдкой можно было построить жилой дом.

Таких примеров архитектурного излишества на Канале имени Москвы можно найти много. Например, аварийные ворота № 104, фонтаны водосброса № 51 в Яхроме, подстанция шлюза № 9. Чего стоят в этом смысле памятники Ленину и Сталину, воздвигнутые в составе проекта канала на Большой Волге в точке начала канала (сохранился лишь памятник Ленину). Отец всех народов расплатился за свои злодеяния разрушением собственного изваяния — в I960 году памятник Сталину был снесён. На его месте у станции Большая Волга осталась лишь нижняя часть фундамента.

КАНАЛ ЧЕРЕЗ ЖИВЫЕ СЕЛЕНИЯ

Намеченная проектировщиками и утверждённая правительством трасса канала неизбежно пересекала определённое число селений. Часть селений также попадала в зону затопления шести вновь образуемых водохранилищ. Согласно финансовому отчёту НКВД переносу подлежал 6261 двор (усадьба). На это было выделено 21 млн. 813500 рублей, то есть, в среднем, на перенос одного двора было дано по 3500 рублей. Для государства это обошлось недорого, но население добавляло свои труд на разборку и сборку своих жилых домов и скотных дворов, и трудности переселения на вновь выделенные территории явились тяжёлым стрессом для переселяемых.

Таким образом, отдавая дань острой необходимости создания этой гидротехнической системы для нужд развития столицы и страны, свой груд и страдания вложили в канал не только его строители, но и многочисленные жители вдоль его трассы. Если считать в семье по 7 — 8 человек, то переселение в голос поле с обжитых усадеб совершало более 50 тысяч человек. Если считать в среднем русском селении по 30 дворов. то переселено при строительстве канала более 200 сёл, в том числе небольшой, но известный город Корчева, затопленный при создании Иваньковского водохранилища.

Гак, на месте гидроузла № 3 и примыкающего к нему канала около города Яхромы находилось два села: село Малые Ссмсшки в верхней части гидроузла и село Cepi севка в нижней част и гидроузла, всего более 100 дворов. Все они в течение лета и осени 1934 года были переселены (по проектным данным) на юго-западную окраину Яхромы на примыкающие к существующим постройкам поля. Потомки переселившихся семей, возможно, расскажут много интересного об этом переселении.

Но канал не только нёс страдания местному населению, но и значительно освежил жизнь но трассе канала. Так, на южной окраине Яхромы вырос так называемый Эксплуатационный посёлок, восточнее пироузла.Mb 3 вырос посёлок ИТР канала, на северной окраине города вырос Пролетарский посёлок. При посёлках появились так называемые канальские магазины, обеспечиваемые продовольствием и промтоварами по канальской системе снабжения централизованно из Москвы. В каждом посёлке появился также клуб для проведения агитационных и культурных мероприятий.

Конечно, и жилые дома посёлков и здания обслуживающей инфраструктуры были деревянными, близкими к барачной конструкции. Время износило их, и в 50 80-е годы прошлого века такое жильё, в основном. ликвидировано и заменено на более капитальное. Немного старых жилых строений осталось в посёлке Икше, в посёлке ИТР восточной стороны Яхромы и на гидроузле N° 2 в посёлке Темны (см. ил. 21).

КАРАВЕЛЛЫ ЯХРОМСКОГО ШЛЮЗА

Архитектор зданий и самого гидроузла № 3, Мовчан Владимир Яковлевич, заканчивая со строителями в 1937 году здания нижней головы шлюза, задался целью украсить их каким-либо силуэтом на тему водных просторов. Срочный поиск привел его в Ленинградский военно-морской музей. В этом музее работал ученый-хранитель экспонатов Сергей Федорович Юрьев, капитан 1 ранга в отставке, занимавшийся изготовлением макетов различных судов. Он и предложил Мовчану макет одного из грех кораблей («Санта Мария») флотилии, на которой Колумб в 1492 году достиг берегов Америки. Мовчан вернулся на стройку с небольшим макетом корабля «Санта Мария».

По этому музейному образцу предстояло сделать достаточно большой архитектурный макет в масштабе 1:5, который должен был соот-ветствовагь размеру башен нижней головы шлюза. Именно на выходе из шлюза в канал, а через него и на Волгу к дальним морям. Мовчан решил поставить две каравеллы Колумба. Но возник вопрос: кто возьмётся выполнить срочный заказ? Проект каравелл был подписан 8 февраля 1937 года, а всё должно быть готово к 1 мая того же года.

Конструкция состояла из стального каркаса, сложных парусов и обшивки корпуса из латуни. Клёпалыциков по металлу с трудом нашли среди мастеровых цыган, занимавшихся до этого выделкой медных тазов и другой металлической посуды. Хотя проект каравелл пришлось изменить в сторону упрощения (пришлось убрать вантовую оснастку корабля), фигуры кораблей получились но всеобщему признанию очень красивыми, и каравеллы шлюза № 3 стали официальным символом Канала имени Москвы. Это оформлено, в частности, через Рсчфлотре-кламу ещё около 10 лет назад, правда, в условиях рынка надо, видимо, переоформлять этот символ более официально.

Дальнейшая судьба этих каравелл не была простой. Если присмотреться внимательным глазом к фасадам левой и правой башен нижней головы шлюза № 3. то можно заметить, что структура материала этих башен ратная, как и башен верхней головы шлюза. Дело в том, что 28 ноября 1941 года здание правой (восточной) башни нижней головы было в одно мгновение превращено в груду обломков. Здание было взорвано с целью разрушить шлюз ввиду создавшейся угрозы захвата немецкими войсками Москвы. Заложили взрывчатку в тго здание войска НКВД, чтобы шлюз не достался немцам.

Однако уже через неделю началось успешное наступление советских войск от Яхромы в сторону Волоколамска, и многим стала ясна полная бессмысленность взрыва шлюза, тем более, взорвали не только нижнюю восточную башню, но и восточную башню верхней головы. Возникла задача срочного восстановления к навигации 1942 года всех разрушенных сооружений канала, в том числе устранения самых больших разрушений на шлюзе № 3. Бригаде мастеров во главе с заведующим Яхромской мехмастерской канала Александром Михайловичем Масловым пришлось восстанавливать сильно поврежденные при взрыве каравеллы. И их восстановили. Со стороны было трудно заметить, что они подвергались взрывам. Конечно, кое-что пришлось упростить (см. ил. 22).

А вот в 1989 году каравеллы неожиданно для внешнего мира (они хорошо видны со всех сторон этой местности и с проходящих судов, автомашин, поездов и электричек) исчезли с башен-пьедесталов, словно уплыли в дальние края. В связи с празднованием в 1992 году в Европе и в Америке 500-летия открытия континента Колумбом пошли всякие домыслы. Однако дело было в предельном износе элементов каравелл из-за коррозии металла. Возникла опасность падения кусков этих архитектурных украшений на проходящие суда. Каравеллы были сняты для ремонта. Однако с трудом найденный подрядчик долго возился с каравеллами и после полной их разборки заявил, что работу по их реставрации и восстановлению выполнить нс может. Неизвестно, чем бы закончилась история каравелл, если бы работники Управления канала имени Москвы нс вышли на специалистов Тушинского машиностроительного завода, который незадолго до этого изготовил знаменитый в СССР космический корабль «Буран», и который стоял без заказов. Специалисты по корпусным технологиям, в том числе клепальщики, на наше счастье, имелись на этом предприятии, и они охотно взялись выполнить полное восстановление каравелл. И они очень хорошо выполнили эту работу. Практически каравеллы были заново сделаны но существовавшему проекту. Чертежи их чудом сохранились, так как в 70-е годы архив технической документации был серьёзно поврежден из-за прорыва канализации и частичного затопления подвального этажа в доме 11 но улице Большой Набережной, где находился архив. Часть архива погибла, однако чертежи каравелл с трудом удалось найти.

Новые каравеллы выполнены прекрасно и с 1992 года продолжают украшать Канал имени Москвы.

РОЛЬ КАНАЛА В ОБОРОНЕ МОСКВЫ

В защите Москвы от немецко-фашистских захватчиков в 1941 голу важную роль сыграл канал Москва-Волга (ныне канал имени Москвы). Подавая тогда около 80% питьевой волы для Москвы, канал имел важное стратегическое значение для жизнедеятельности столицы.

Гидроэлектростанции канала составляли существенную долю от мощности энергосистемы, помогая в энергоснабжении региона. По каналу перевозились военные грузы.

Одновременно канал имени Москвы являлся важным оборонным рубежом. Значение канала понимало и гитлеровское командование. Немецкие войска рвались к каналу, чтобы перерезать эту жизненно необходимую для Москвы транспортную и водно-энергетическую артерию.

Большинство работников канала ушло на фронт. Оставшиеся труженики гидросооружений готовились к отпору врагу. Саперные специалисты из инженерных войск с участием работников канала превратили его в прочный оборонительный рубеж. Вдоль всего канала были вырыты траншейные ходы и гнезда для установки пулеметов и малых орудий. До сих пор на восточном берегу канала, внимательно присмотревшись, можно заметить следы этих работ. Чтобы сохранить гидроузлы от бомбежек, были применены светомаскировка и ложное макетирование. Например, чтобы скрыть местоположение важной для безопасности Москвы Химкинской плотины, перед ней на плотах были выстроены макеты деревянных домов. Канал тогда ни на один день нс прекращал своей деятельности. Москва бесперебойно получала воду и электроэнергию. Но часть канальского оборудования (например, половина насосных агрегатов и одни гидроагрегат Иваньковской ГЭС) были демонтированы и отвезены в тыловые районы.

Немцы рвались к Москве. После их неудач на Волоколамском направлении основным направлением удара немцев стало северное. Во второй половине ноября 1941 года обстановка на северо-западной части фронта для войск Красной Армии сложилась неблагоприятно.

Тогда группой специалистов канала (Д. Ф. Агафонов. Л. С. Кусков, Б. М. Фрадкин, А. А. Ярустовский, И. Н. Дымент) было внесено предложение о создании дополнительной водной преграды врагу с использованием гидротехнических сооружений. Детальный план этой операции был разработан совместно с Инженерным управлением Западною фронта и утвержден командованием. Два указанных ниже мероприятия имели большой успех.

В конце ноября 1941 года немецкие части, продвигаясь от Калинина в направлении Большой Волги, начали форсировать замерзшее Иваньковское водохранилище, двигаясь по достаточно прочному льду. Выполняя указание командования Калининского фронта и руководства канала, работники Иваньковской ГЭС начали интенсивный сброс воды через плотину. Уровень воды в водохранилище быстро понизился на 2 метра, лед стал оседать и ломаться. Войска и техника противника вынуждены были повернуть назад.

В этот же период немецкие войска начали наступление на участке Клин — Рогачево — Дмитров. Командующий Западным фронтом Г. К. Жуков отдал распоряжение о затоплении поймы рек Сестры и Яхромы. 28 ноября 1941 года работники канала под артобстрелом врага раскрыли 51-й и 52-й водосбросы и, используя также насосные станции, начали сбрасывать воду в реку Яхрому. Несмотря на налеты вражеской авиации, к 1 декабря 1941 года был осуществлен также сброс воды из канала в реку Сестру через водосброс Сестринских сооружений. Используя инженерную смекалку и проведя ряд работ, этот водосброс удалось заставить работать в другую сторону.

В результате интенсивного сброса воды в реки Яхрому и Сестру гитлеровской армии был поставлен мощный водный заслон. После кровопролитных боев, опираясь на водный рубеж самого канала, войска Первой ударной армии перешли в решительное наступление и совместно с другими войсками разгромтли противника.

Кроме водных преград, созданных перед немецкими войсками, канал Москва-Волга оказал нашим войскам и другие виды помощи. Ряд военных в своих воспоминаниях так описывают события тех дней в зоне канала, в том числе в зоне Яхрома — Дмитров («В тс трудные годы» Ф. Я. Лисицын и «1-я Ударная Армия на Дмитровской земле» В. И. Кузнецов). После известного прорыва Западного фронта в ноябре 1941 года Ставка Верховного Главнокомандования ввела в действие свои резервы из перебрасываемых с Дальнего Востока войск. Эги войска в конце ноября 1941 года начали прибывать на станцию Загорск, чтобы оттуда выдвинуться в сторону канала, прикрывая его от Икшинского водохранилища до поселка Татищево. Из этих войск Верховное Командование приказало создать 1-ю Ударную Армию, назначив во главе еС генерала В. И. Кузнецова. Из его воспоминаний в названной выше книге следует, что формирование 1-ой Ударной Армии шло со значительным отставанием от заданных сроков. Прибывшие войска оказались без штаба армии, органов тыла и частей связи. Вот тут-то в преодолении возникших трудностей большую помощь оказал войскам канал Москва-Волга. Управление рабочего снабжения (УРС) канала собрало со своих складов и магазинов все продукты и организовало питание подошедших к каналу войск. Сделать это было непросто, так как в запасах оказались, в основном, разные крупы и жиры, но их нужно было сначала сварить. Варить было не в чем. Походных кухонь из-за отставших интендантских тыловых частей не было. Работники УРСа канала собрали по всем объектам зоны Икша — Яхрома-Дмитров все котлы детских садов, пришлось брать часть котлов даже из бань населения. Почти неделю УРС канала кормил подошедшие войска. Ведь из эшелонов в Загорске солдат направляли в зону боя с сухим пайком всего на два дня.

Военные использовали телефонную связь канала, в том числе с Москвой. Работники гидросооружений участвовали также в наведении переправ через русло канала при наступлении наших войск.

Вышеуказанная информация по продовольственному снабжению-была получена автором от бывшей работницы УРСа капала А. С. Абрамовой. Сведения по использованию связи канала получены от бывшего начальника Яхромской АТС канала П. Я. Поликарпова. О помощи в строительстве переправ через канал (в том числе для тяжелой техники у верхней головы шлюза № 3) рассказывал бывший старший энергетик шлюза № 3 В. Г. Расторгуев.

Канал выполнил роль мощного оборонительного и опорного рубежа и тем самым вписал яркую страницу в историю победы советского народа в битве под Москвой. В память об этом на Перемнловскнх высотах под Дмитровом в 1966 году сооружен монумент воинской славы. Высоко над водной гладью канала взметнулась фигура советского воина с автоматом в руке. Отсюда началось наступление наших войск в начале декабря 1941 года (см. ил. 23).