Статистика:

Search

К содержанию: Л. П. Неверов — Исторические памятники и памятные места Свердловска

«Революционные рабочие всех стран единодушно рукоплещут советскому рабочему классу и, прежде всего, русскому рабочему классу, авангарду советских рабочих, как признанному своему вождю, проводящему самую революционную и самую активную политику, какую когда-либо мечтали проводить пролетарии других стран. Руководители революционных рабочих всех стран с жадностью изучают поучительнейшую историю рабочего класса России, его прошлое, прошлое России, зная, что кроме России реакционной существовала еще Россия революционная, Россия Радищевых и Чернышевских, Желябовых и Ульяновых, Халтуриных и Алексеевых. Все это вселяет (не может не вселять!) в сердца русских рабочих чувство революционной национальной гордости, способное двигать горами, способное творить чудеса» 1.

1 И. В. Сталин. Соч., том 13, стр. 24—25.

Революционная история нашей Родины запечатлена в многочисленных памятниках борьбы трудящихся масс за свое освобождение от гнета крепостников, от власти помещиков и капиталистов, за социализм. Свердловск — один из тех центров нашей страны, в которых сохранились памятники, связанные с основными этапами развития революционного движения в России.

Через Екатеринбург пролегал путь Радищева и декабристов в сибирскую ссылку. В 70—80-х годах XIX века в Екатеринбурге жили и работали писатели Ф. М. Решетников и Д. Н. Мамин-Сибиряк, отразившие в своем творчестве идеи революционных демократов. С начала XX столетия Екатеринбург стал центром, объединившим Под руководством Коммунистической партии революционное движение на Урале.

Этот период представлен в Свердловске значительным количеством памятников и памятных мест, связанных с основными этапами развития большевистских организаций на Урале от возникновения первых социал-демократических кружков до победы Великой Октябрьской социалистической революции и борьбы за построение коммунизма.

Положение рабочего класса на Урале было особо тяжелым в силу живучести крепостнических пережитков. Борьба рабочего класса затруднялась его разобщенностью, «темнотой и приниженностью привязанного к заводам населения» (В. И. Ленин).

В этих условиях тем большее значение имела работа социал-демократов — большевиков по внесению социалистического сознания в стихийно возникшее рабочее движение. Центральный Комитет партии придавал Уралу большое значение и направлял деятельность уральской большевистской организации через специально посылаемых на Урал работников партии, партийную печать.

Виднейшим деятелем партии на Урале в годы первой русской революции был Я. М. Свердлов. Кипучая революционная деятельность Я. М. Свердлова в Екатеринбурге осенью 1905 года отмечена рядом памятников и памятных мест, глубоко чтимых народом.

Домик декабристов

14 декабря 1825 года на Сенатскую площадь в Петербурге вышли три тысячи солдат под командой офицеров — членов тайного Северного общества. Это было первое в России открытое вооруженное восстание, участники которого выступили под революционными лозунгами свержения самодержавия и уничтожения крепостного права. Восстание подавили стянутые на площадь войска, пустившие в ход артиллерию. Участники восстания — декабристы — подверглись жестокой расправе. Пять руководителей восстания были повешены, более ста декабристов сосланы в Сибирь на каторжные работы.

Екатеринбург был крупнейшим этапным пунктом по пути следования декабристов в сибирскую ссылку. Здесь сходились два пути, по которым везли приговоренных к каторге участников восстания 14 декабря. Один путь лежал из Питера через Вятку на Пермь, Екатеринбург, путь, которым за 35 лет до декабристов следовал в сибирскую ссылку через Екатеринбург замечательный русский писатель-революционер Радищев, второй — по Московскому тракту. Миновав Кунгур, Екатеринбург, декабристы следовали далее по Сибирскому тракту.

В 1826 году на углу современных улиц имени Толмачева (б. Колобовская) и Первомайской помещалась усадьба казенной почтовой станции 1.

1 Кроме казенной почтовой станции, в Екатеринбурге в этот период была еще и станция «вольных», или «купеческих», почт, сданных государством частным предпринимателям в порядке откупа (аренды). Эта последняя станция находилась на современной ул. имени Ленина (в прошлом — Главном проспекте) между ул. имени Шейнкмана и имени Сакко и Ванцетти. От построек станции до настоящего времени сохранился двухэтажный каменный дом и ворота (дом по ул. имени Ленина, 11), представляющие типичный образец так называемого аракчеевского ампира.

Здесь останавливались для отметки подорожных документов, смены лошадей и кратковременного отдыха пассажиры, пользовавшиеся казенным транспортом.

Летом 1826 года сюда прибыли почтовые тройки с необычными пассажирами. На каждой подводе сидели люди, закованные в кандалы, под охраной жандармов в голубых мундирах. По свидетельству современников, путники, в ожидании телег и лошадей, входили в почтовую контору, которая помещалась во флигеле при доме Гилева (ныне дом № 27, по ул. имени Толмачева).

Этот флигелек сохранился до сих пор, как памятник пребывания в Екатеринбурге декабристов. Об этом напоминает мемориальная доска, установленная на фасаде домика, послужившего временным приютом для всех декабристов, проследовавших в сибирскую ссылку через екатеринбургскую казенную почтовую станцию.

Немногие из них описали свое пребывание в Екатеринбурге. Большинство ограничилось лишь упоминанием о проезде через город. Но то немногое, что написано об обстановке пребывания декабристов в Екатеринбурге, представляет большой интерес, как свидетельство глубокого уважения простых людей к декабристам и стремления посильно облегчить участь ссыльных революционеров.

М. И. Муравьев-Апостол отметил исключительное внимание, с которым он был встречен в Екатеринбурге простыми русскими людьми. «Хотя положение наше,— писал Муравьев,— не предвещало нам радостей, но тронутые неожиданным участием добрых людей, вовсе нам чуждых, мы забыли на час свое горе и от всей души заявили признательность свою за необъяснимое для нас радушие приема»1.

1 М. И. Муравьев-Апостол. Воспоминания и письма. М. 1922.

Исследование литературы о декабристах, их писем, мемуаров и других источников показало, что за полтора года (1826—1827) через Екатеринбург в Сибирь проследовало подавляющее большинство декабристов, осужденных на сибирскую каторгу 1.

Восстание декабристов не получило непосредственной поддержки в массах трудящихся России. Но дело, начатое декабристами, не пропало.

«… мы видим ясно три поколения, три класса, действовавшие в русской революции. Сначала — дворяне и помещики, декабристы и Герцен. Узок круг этих революционеров. Страшно далеки они от народа. Но их дело не пропало. Декабристы разбудили Герцена. Герцен развернул революционную агитацию.

Ее подхватили, расширили, укрепили, закалили революционеры-разночинцы, начиная с Чернышевского и кончая героями «Народной воли». Шире стал круг борцов, ближе их связь с народом. «Молодые штурманы будущей бури» — звал их Герцен. Но это еще не была сама буря.

Буря, это — движение самих масс. Пролетариат, единственный до конца революционный класс, поднялся во главе их и впервые поднял к открытой революционной борьбе миллионы крестьян. Первый натиск бури был в 1905 году. Следующий начинает расти на наших глазах» 2, — писал В. И. Ленин в 1912 году.

1    Рукопись О. С. Тальской «Декабристы в Екатеринбурге по пути в Сибирь». Научный архив Свердловского областного краеведческого музея.
2    В. И. Ленин. Соч., т. 18, стр. 14—15.

Писатели-демократы в Екатеринбурге

Деятельность второго поколения русских революционеров увековечена в Свердловске рядом памятников, связанных с екатеринбургским периодом жизни и работы выдающегося русского демократического писателя Д. Н. Мамина-Сибиряка.

Д. Н. Мамин-Сибиряк выступил на литературном поприще в конце 70-х годов XIX в. как писатель со сложившимся демократическим мировоззрением. Его политические взгляды и симпатии отчетливо характеризовало сотрудничество в таких журналах как «Отечественные записки» М. Е. Салтыкова-Щедрина и «Дело» Н. В. Шелгунова. И тот и другой, высоко ценившие талант Мамина, были продолжателями боевых традиций великих русских просветителей революционных демократов Чернышевского и Добролюбова.

В обстановке усиливающейся реакции, разброда и вырождения народничества, переходившего на позиции верноподданнического либерализма, Д. Н. Мамин-Сибиряк выступил беспощадным обличителем крепостников и шедших им на смену капиталистических хищников, разоблачителем крепостнической сущности буржуазной «крестьянской реформы» и язв буржуазного общества.

С глубоким уважением и сочувствием Д. Н. Мамин-Сибиряк относился к простому человеку, которого знал и любил, непрестанно общаясь с рабочими и крестьянами, пытливо изучая их быт и труд. Внимание Мамина-Сибиряка неизменно привлекают темы борьбы трудящихся против угнетателей и эксплуататоров. Изображение творческих сил народа — излюбленная тема, присутствующая во всех его основных произведениях.

Наиболее плодотворным периодом творческой жизни писателя было время его пребывания в Екатеринбурге, длившееся с небольшими перерывами с 1878 до 1891 года. За это время Маминым были написаны основные произведения, воссоздавшие современный ему «особый быт Урала, близкий к дореформенному» (В. И. Ленин).

Вот дом по ул. Пушкинской, 27 (в прошлом — Соборная). Здесь с 1946 года находится литературный музей имени Д. Н. Мамина-Сибиряка. В шести его маленьких невысоких комнатах хранится много личных вещей писателя, его библиотека, мебель, рукописи, первоиздания произведений, иллюстрации, созданные советскими художниками по мотивам романов и повестей Мамина-Сибиряка, и документальные фотографии, относящиеся к биографии писателя.

Дом этот Д. Н. Мамин-Сибиряк приобрел в 1885 году на гонорар, полученный им за свое крупнейшее произведение «Приваловские миллионы». Покупкой дома Дмитрий Наркисович стремился обеспечить спокойную старость своей горячо любимой матери.

Здесь и поселилась семья Маминых, ранее обитавшая в наемных квартирах: с марта 1878 года — на Большом Вознесенском проспекте 1 а затем в доме Черепанова, на Офицерской улице 2.

1    Воспоминания о Д. Н. Мамине-Сибиряке. Составитель 3. А. Ерошкина. Свердлгиз, 1936, стр. 206. Современный адрес точно не установлен.
2    Ныне улица Пролетарская.

Дмитрий Наркисович недолго жил в маленьком домике на Соборной. Вскоре он поселился в доме своего близкого друга — впоследствии жены — М. А. Алексеевой. Этот дом до сих пор стоит на ул. имени Толмачева, 41 1. где писатель прожил вплоть до отъезда в Москву. В доме на Соборной в распоряжении Д. Н. Мамина оставалась особая комната, которой он иногда пользовался, как своим рабочим кабинетом. Во время поездок по Уралу с 1887 по 1891 год Мамин-Сибиряк, посещая Екатеринбург, жил в домике матери.

Все перечисленные квартиры Д. Н. Мамина-Сибиряка теснейшим образом связаны с наиболее плодотворными годами творческой жизни писателя. Здесь написаны «Приваловские миллионы», лучшие из «Уральских рассказов», замечательный по своей познавательной ценности и художественным достоинствам очерк «Город Екатеринбург» и другие произведения. Из широкого круга знакомых, в числе которых были представители прогрессивной интеллигенции, в частности, очень близкий писателю по содержанию своего творчества «певец Урала в живописи» А. К. Денисов-Уральский. Дмитрий Наркисович наиболее часто посещал ближайших своих друзей — И. Н. Климшина, Н. Ф. Магницкого, Н. К. Чупина  2.

1    В книге «Воспоминания…» (составитель 3. А. Ерошкина), стр. 203. Адрес дома М. А. Алексеевой указан: Колобовская (ныне имени Толмачева), 43. В книге «Город Екатеринбург», сборник, изд. И. И. Симанова, Екатеринбург, 1889, на стр. 373 дом М. А. Алексеевой значится под № 41, «деревянный одноэтажный, службы и баня». Повидимому, у Мамина-Сибиряка — описка, так как в Симановском издании нумерация и принадлежность домов приведены по официальным данным.
2    Два здания сохранились до сих пор: дом Климшина по ул. Октябрьской революции и дом Магницкого по ул. Пушкинской, 22.

В этих домах, в особенности на квартире М. А. Алексеевой, отлично знавшей горнозаводский быт и условия производства, свободно текли беседы, посвященные жгучим вопросам пореформенного времени. Не стесняемые присутствием посторонних и чуждых кругу Мамина людей, эти задушевные беседы обогащали писателя впечатлениями и фактами из жизни всех слоев современного ему общества, подсказывали ему образы и характеристики героев многих его произведений.

Дмитрий Наркисович любил Екатеринбург, воспринимал его, как «живой узел» — административный и экономический центр Урала. Писатель во многих своих произведениях широко использовал городской пейзаж, персонажи екатеринбургского «общества» и трудового люда, эпизоды исторического прошлого и настоящего города. Ряд архитектурно-исторических памятников Екатеринбурга вошли в произведения писателя. Мы узнаем нынешний Дворец пионеров в описаниях хором Привалова, здание больницы на набережной в обстановке рассказа «Верный раб».

Черты старого Екатеринбурга проглядывают в таких повестях, как «Доброе старое время», «Нужно поощрять искусство».

Писателя часто можно было видеть в здании Екатеринбургской городской думы 1. гласным которой он состоял в 1881—1891 годах. Мамин-Сибиряк был единственным представителем прогрессивной демократической интеллигенции в учреждении, защищавшем интересы дворян-заводовладельцев и купцов. Писателю были враждебны эти интересы, однако он не пропускал заседаний, неизменно присутствовал на них, как зоркий наблюдатель нравов «отцов города».

Разоблачая в своих произведениях махинации либеральных земцев, Дмитрий Наркисович принимал самое активное участие в общественно-полезных начинаниях: в устройстве Сибирско-Уральской научно-промышленной выставки и других, вел большую публицистическую и краеведческую деятельность.

1 Ул. имени Малышева, 46, ныне здание Свердловского педагогического института.

Он был активным членом краеведческого общества, в котором состояли такие корифеи русской науки, как Д. И. Менделеев 1. К. А. Тимирязев, знаменитый путешественник Н. М. Пржевальский, замечательный русский биолог В. С. Ковалевский, выдающиеся геологи Ф. Н. Чернышев, И. В. Мушкетов, А. П. Карпинский, один из основоположников русской географической науки Д. Н. Анучин и другие прогрессивные научные деятели России.

1 Д. И. Менделеев, совершавший со своими спутниками проф. П. Я. Земятченским, химиком С. П. Вуколовым, инженером-технологом К. Н. Егоровым поездку с целью обследования состояния уральской железной промышленности, 9—14 июля 1899 года посетил Екатеринбург. Д. И. Менделеев останавливался в «Американской гостинице» (ныне ул. имени Малышева, 68), посетил екатеринбургскую обсерваторию (см. «Уральская железная промышленность в 1899 г.» СПБ, 1900, стр. 44о—454).

С Екатеринбургом связано имя другого замечательного русского писателя — Ф. М. Решетникова, творчество которого так же, как литературная деятельность Мамина-Сибиряка, было оплодотворено идеями великих революционеров-демократов.

Решетников родился 5 сентября 1841 года в семье екатеринбургского почтальона, рано лишился матери и был отдан на воспитание в семью дяди — почтового чиновника сначала пермской, а затем екатеринбургской почтовой конторы. По окончании школы с 1858 по 1861 год Решетников служил в екатеринбургском уездном суде, откуда уехал в Петербург, полностью отдавшись литературной работе.

Розыски зданий, в которых родился и жил Ф. М. Решетников, пока не дали результатов. Здание уездного суда, в котором работал Решетников, находилось на современной площади Труда против 1-го Дома Союзов на углу ул. имени Горького (б. Механическая) и снесено в 1936 году при новой застройке.

В книге К. Филипповой «Между людьми» и в очерке «Замечательные деятели. Федор Михайлович Решетников», помещенном в сборнике «Свердловск», указано, что «суд помещался на Набережной в доме Севастьянова (ныне Дом профсоюзов).

Эти указания неверны, так как в доме Севастьянова помещался Окружной суд, учреждение пореформенное, а Решетников служил в дореформенном уездном суде, адрес которого установлен автором по плану Екатеринбурга 1845 года, хранящемуся в библиотеке Свердловского областного краеведческого музея. Уездный суд не мог помещаться в Севастьяновском доме также и потому, что это здание было окончено постройкой в 1862 году, то есть после отъезда Решетникова из Екатеринбурга.

Решетников в произведениях «Подлиповцы» и «Горнорабочие», впервые напечатанных в некрасовском «Современнике», с большой силой отобразил быт и труд уральских горнорабочих и бурлаков.

Так же как и для Мамина-Сибиряка, жизнь и работа в Екатеринбурге явилась для Ф. М. Решетникова одним из обильных источников фактов и впечатлений, впоследствии получивших отражение в творчестве писателя. Знакомство с нравами дореформенного суда, с сотнями проходивших через его руки дел, рассказы близкого друга — рабочего Екатеринбургского монетного двора И. М. Фотеева — обогащали писателя, заложили основу его будущих произведений — повести «Между людьми» и «Горнорабочие».

Память замечательных русских писателей-демократов Д. Н. Мамина-Сибиряка и Ф. М. Решетникова достойно увековечена Советским государством и Коммунистической партией. Именами писателей названы улицы Свердловска, музей и библиотека, памятные здания отмечены мраморными мемориальными досками.

В трудные годы гражданской войны, в третью годовщину Великой Октябрьской социалистической революции, на фасаде здания библиотеки имени Белинского торжественно были установлены бюсты В. Г. Белинского, Д. Н. Мамина-Сибиряка и Ф. М. Решетникова — представителей революционно-демократического направления великой русской литературы.

Одним из интереснейших историко-литературных памятников города является дом, где останавливался великий русский писатель Антон Павлович Чехов.

29 апреля 1890 года А. П. Чехов, проездом на Сахалин, прибыл в Екатеринбург. Был обычный для поздней уральской весны день. Резкий холодный ветер гнал по мокрым улицам снег и крупу. Убогий извозчик, бесконечные улицы широко раскинувшегося города, унылый звон церковных колоколов — все это раздражало писателя, проделавшего- длинный и утомительный путь от Москвы на поездах и пароходе.

Екатеринбург не понравился Чехову. «В России все города одинаковы,— писал он сестре Марии Павловне.— Екатеринбург такой же точно, как Пермь или Тула. Похож на Сумы и на Гадяч… Остановился я в «Американской гостинице…» 1.

1 А. П. Чехов. Полное собрание сочинений и писем, Гослитиздат, М.. 1949, том XV, стр. 67.

Люди, с которыми А. П. Чехов встретился в Екатеринбурге, не рассеяли, а усугубили неблагоприятное впечатление о городе, где хозяйничали мукомолы и золотопромышленники. Единственным человеком, о котором упоминает Чехов в своем письме из Екатеринбурга, был местный делец А. М. Симонов — родня крупного мукомола и местного воротилы, считавшего себя «прикосновенным» к литературе. «Прикосновенность» эта выражалась в том, что Симонов прибрал к рукам единственную в городе газету и выставил свое имя на первой странице справочника по Екатеринбургу, подлинным украшением которого был очерк Мамина-Сибиряка о городе. Однако редактор «Екатеринбургской недели» не посчитал нужным оповестить хотя бы одной строчкой своих читателей о приезде в город великого русского писателя.

Из разговора с таким представителем екатеринбургского «общества» Чехов мог сделать единственный вывод, что «оба мы — и Симонов и я друг другу не нужны» 1. Иначе и не могло быть. Лабазник, глубоко чуждый Чехову, не мог, да и не пытался свести писателя с близкими ему по духу и взглядам людьми, жившими тогда в Екатеринбурге, в том числе и с Маминым-Сибиряком и его друзьями. Чехов и Мамин встретились значительно позднее, через шесть лет, в Петербурге.

Упоминаемая Чеховым «Американская гостиница» существовала вплоть до Октябрьской революции. В настоящее время в этом здании (ул. имени Малышева, 68) помещается Свердловское педагогическое училище имени А. М. Горького. Факт пребывания здесь А. П. Чехова отмечен мемориальной доской, установленной в 1952 году.
Первый социал-демократический кружок

В истории революционного движения в России в 1895 году произошло событие огромного значения. В этот год В. И. Ленин организовал в Петербурге из разрозненных марксистских кружков «Союз борьбы за освобождение рабочего класса». Ленинский «Союз» явился зародышем революционной пролетарской партии. Он поставил и стал впервые практически разрешать «…соединение социализма с рабочим движением» 2.

Под влиянием и по примеру петербургского ленинского «Союза» стали возникать социал-демократические организации и в других пролетарских центрах страны.

1    А. П. Чехов. Полное собрание сочинений и писем, Гослитиздат, М., 1949, том XV, стр. 67.
2    Краткий курс истории ВКП(б), стр. 18.

В 1897—1898 годах социал-демократическая группа, назвавшая себя «Союзом борьбы за освобождение рабочего класса», сложилась и в Екатеринбурге. Через пять лет, в 1903 году, в результате распространения ленинской «Искры» и деятельности ее агентов, в борьбе с оппортунистами, экономистами и эсерами в Екатеринбурге был организован большевистский Средне-Уральский комитет.

Ученики и последователи Ленина стали все шире и шире развертывать свою работу среди трудящихся Екатеринбурга и окрестных заводов, готовя их к надвигавшейся в стране революции. Однако материальных памятников этого периода в городе сохранилось немного. Среди них — здание Горно-металлургического техникума имени И. И. Ползунова (ул. имени Ленина, 28), ставшее в 1896—1897 годах местом нелегальной работы одного из первых социал-демократических кружков Екатеринбурга. В то время здесь размещалось Уральское горное училище. Ученики этого учебного заведения в большинстве были сыновьями рабочих, мастеров, мелких заводских и рудничных служащих. Они на собственном опыте испытали тяжелые условия жизни и труда уральских рабочих, знали их чаяния и думы. Понятно, что именно среди этой группы учащейся молодежи получила горячий отклик деятельность революционной социал-демократии. Один из руководителей социал-демократического’ кружка Ф. Ф. Сыромолотов, учившийся в 1896—1897 годах на старшем курсе Уральского горного училища, в своих воспоминаниях пишет, что «наша группа сумела создать вокруг себя довольно надежное ядро, преимущественно из учеников Уральского горного училища…»

Кружковцы «через своих людей — учеников Уральского горного училища — имели живую связь с заводами, золотыми приисками, каменноугольными конями, рудниками…» 1.

1 Сто лет горнотехнической школы на Урале. Свердл-гиз, 1948, стр. 68.

«Уральцы», как их обычно называли в Екатеринбурге, проводили в здании своего училища занятия кружка, хранили марксистскую литературу, печатали листовки, которые распространяли на екатеринбургских заводах. Кружок установил связь с петербургским ленинским «Союзом борьбы за освобождение рабочего класса», принял его название и распространял издаваемую «Союзом» литературу.

Ф. Ф. Сыромолотов рассказывает в своих воспоминаниях любопытную подробность, относящуюся к технике конспирации молодых марксистов. Печатать листовки в условиях строгого надзора, существовавшего в этом учебном заведении, было очень трудно. Но «уральцы» нашли остроумный выход из положения. Для печатания листовок был использован имевшийся в училище… карцер, куда сажали провинившихся учеников. Это было самое надежное место: когда карцер пустовал, туда администрация училища не заглядывала.

Работавших на гектографе учеников их товарищи обычно запирали в карцере на ночь, а утром выпускали с готовыми листовками и убирали «технику». Однажды гектограф из карцера забыли вынести. В это время стало известно, что один из учеников наказан и должен быть посажен в карцер. Нависла угроза раскрытия конспиративной «техники».

Выносить гектограф было поздно. Нужно было предотвратить возможность проникновения администрации в карцер. Быстро пришло решение: залить замок карцера оловом. Расплавив на свечке кусок олова в ложке, Сыромолотов влил его в замок. Цель была достигнута — администрация не смогла открыть двери карцера, а ночью, взломав замок, гектограф вынесли.

Революционно настроенные ученики Уральского горного училища были и впоследствии тесно связаны с екатеринбургской большевистской организацией. В бурные дни революции 1905 года они выполняли задания екатеринбургского комитета по распространению литературы, по связи с предприятиями.

Весной 1917 года многие «уральцы» вошли в союз молодежи при екатеринбургском комитете РСДРП(б), организованный по инициативе Я. М. Свердлова.

Площадь имени 1905 года

Традиционным центром политических демонстраций и народных празднеств в городе служит площадь имени 1905 года. Каждый год 1 мая и 7 ноября здесь, перед трибуной, украшенной портретами руководителей партии и правительства проходят в торжественном марше войска и сотни тысяч трудящихся. На этой площади происходят народные митинги и собрания, посвященные крупнейшим историческим событиям. Сюда стекался народ на митинг в честь принятия Конституции победившего социализма, здесь прозвучал голос народа против фашизма и войны, за демократию и мир.

Эта народная традиция родилась в боевые дни первой русской революции, когда вместе со всем рабочим классом страны пришел в движение пролетариат Урала.

Огромный революционный подъем, так же как и в других районах страны, проявился на Урале в массовых политических стачках и демонстрациях. Наиболее крупные политические выступления рабочего класса Урала, руководимые большевиками, произошли в Екатеринбурге.

1 мая 1905 года по призыву большевиков в городе вспыхнула всеобщая забастовка. Рабочие всех фабрик и заводов города прекратили работу и вышли на улицы. Вот как описывает эти события один из рабочих завода Ятес — участник первомайской демонстрации 1905 года в Екатеринбурге.

«В сборочном цехе гудит мотор, визжат станки, стучат молотки… но вот какой-то шум, все ближе, все слышнее, можно уже разобрать слова «бросай работу, бросай станки, выходи к нам!» Это кричали рабочие других фабрик, они снимают с работы рабочих нашего завода. Колонна рабочих, сильно увеличившись, тронулась дальше — на ватную фабрику, на механический завод Коробейникова и др. Везде рабочие снимались с работы и присоединялись к демонстрации…»

После демонстрации рабочие отправились на митинги, организованные большевиками в ближайших окрестностях города. По свидетельству автора воспоминаний митинги происходили «в различных местах: на загородной Генеральской даче, около Основинских прудков и т. д. Многие из этих митингов разгонялись полицией, как, например, сходка за Михайловским кладбищем»1.

1 «Уральский рабочий» № 98 от 1 мая 1925 г., воспоминания Заспанова — рабочего сборочного цеха завода «Металлист» (б. Ятес).

Эти воспоминания позволяют восстановить маршрут первомайской демонстрации 1905 года в Екатеринбурге. Он проходил, повидимому, по современным улицам имени Я. Свердлова, К. Либкнехта, Р. Люксембург, вплоть до южного конца города, где находился механический завод братьев Коробейниковых. Упоминаемые выше Генеральская дача и Основинские прудки в настоящее время находятся в пределах Молотовского и Кагановичского районов города и известны как Пролетарская дача и ул. имени Маяковского в Новом поселке. На территории Зеленой рощи за Михайловским кладбищем расположен сейчас участок станции зеленого строительства и жилые кварталы нового Кировского района города Свердловска.

Воодушевленные крупным успехом первомайской демонстрации, в которой участвовало около трех тысяч трудящихся Екатеринбурга, большевики подготовили и провели 6 мая 1905 года новую, еще более грандиозную демонстрацию. Снова бастовали все предприятия города. На этот раз центром демонстрации и митинга явилась самая большая, расположенная на Главном проспекте города Кафедральная площадь.

Клавдия Тимофеевна Свердлова так описывает события этого дня:

«В ближайшее воскресенье после 1-го мая был солнечный день. На улицы высыпал народ, особенно много гуляющих оказалось на Главном проспекте (ныне улица Ленина) и около Гостиного двора.

В два часа закрылись магазины (в то время по воскресеньям торговали с двенадцати до двух). Приказчики потянулись на Кафедральную площадь (ныне площадь 1905 года). Комитет большевиков договорился с ними, чтобы они не расходились. По Главному проспекту и по ближайшим переулкам ходили наши люди и ждали сигнала — всем выходить на площадь.

Вот сигнал подал большевик, известный под кличкой «Дятел». Его высоко подняли на руках. С этой живой трибуны «Дятел» начал говорить. При первом же обращении оратора к народу около него стала собираться толпа…

Когда полицейские спохватились и принялись разгонять людей, было уже поздно. Народ с революционными песнями пошел по Главному проспекту к Верх-Исетскому заводу… Демонстрация кончилась митингом на площади у Верх-Исетского бульвара (ныне площадь Коммунаров)»1.

Эту демонстрацию отметила ленинская газета «Пролетарий», писавшая в корреспонденции о майской демонстрации в Екатеринбурге: «…демонстранты с пением «Марсельезы», «Варшавянки» вышли на Главный проспект. Трудно описать то настроение, тот подъем духа, который чувствовался всеми. Огромная тысячная сплоченная живая стена во всю ширину улицы на протяжении двух кварталов двигалась медленно вперед, готовая все смыть на своем пути… В течение почти двух часов ораторы от комитета (большевиков — Л. Н.) говорили речи на чисто политические темы… Громкое «ура», «долой самодержавие» потрясали воздух… По уверению многих, толпа на площади была более 12000 человек» 2.

28 сентября 1905 года (11 октября по новому стилю) в Екатеринбург, по поручению Центрального Комитета большевиков, прибыл Яков Михайлович Свердлов. К тому времени Я. М. Свердлов был уже зрелым, сложившимся большевистским руководителем, представляя, по выражению В. И. Ленина, «наиболее отчеканенный тип профессионального революционера» 3.

1    К. Т. Свердлова. В 1905 году (из воспоминаний), сб. «Свердловск», Свердлгиз, 1946, стр. 135.
2    Газета «Пролетарий» № 9 от 13 июля (30 июня) 1905 г.
3    В. И. Ленин, Соч., т. 29, стр. 71.

Вступив в революционное движение пятнадцатилетним юношей у себя на родине, в Нижнем Новгороде (ныне г. Горький), Яков Михайлович до приезда в Екатеринбург вел крупную организаторскую работу в Нижнем, Ярославле, Костроме, Казани, выполняя поручения Нижегородского, а затем Северного комитетов РСДРП. В июле 1905 года Я. М. Свердлов побывал в Перми.

Вскоре после прибытия в Екатеринбург Я. М. Свердлова Кафедральная площадь снова стала центром массовых революционных демонстраций трудящихся города. Одно из этих выступлений произошло в день опубликования царского манифеста с обещанием «гражданских свобод»—17 октября 1905 года.

В этот день был устроен на Кафедральной площади «благодарственный молебен». Екатеринбургский комитет организовал выступление большевистских ораторов перед собравшимися. На митинге, созванном буржуазными деятелями для прославления «высочайше дарованной милости», прозвучало правдивое большевистское слово, разоблачавшее лживую сущность царского манифеста. По призыву большевистских ораторов значительная часть участников митинга двинулась к тюрьме и потребовала освобождения политических заключенных. Начальник тюрьмы отказался, сославшись на отсутствие предписания от прокурора. Демонстранты вызвали в тюрьму прокурора и не расходились, пока он не сообщил, что губернатору послана телеграмма о требованиях демонстрантов.

На другой день большевики, установив, что арестованные остаются в тюрьме, организовали новую демонстрацию и добились освобождения политических заключенных.

19 октября большевики созвали на Кафедральной площади новый митинг, на который призвали все население. События 19 октября развертывались, по воспоминаниям их участников, следующим образом. Следуя призыву Екатеринбургского комитета большевиков, рабочие двинулись на митинг к Кафедральному собору. Рабочие и учащиеся шли организованно, с красными флагами. Площадь быстро заполнилась народом. В западной части площади было сооружено из ящиков возвышение.

Первым выступил Яков Михайлович Свердлов. Едва он начал говорить, как рассеянные в толпе черносотенцы закричали: «Бей его!», а затем на участников митинга кинулись из прилегающих к площади улиц заранее сосредоточенные там банды вооруженных черносотенцев — торговцев из гостиного двора, «зимогоров» с толкучего рынка, переодетых полицейских и пожарных. Позади их двигались отряды полиции. Несколько участников митинга было убито и тяжело ранено.

Бандиты рвались к трибуне, стремясь расправиться с Я. М. Свердловым и активом большевиков, но были остановлены дружиной вооруженных рабочих. Однако дружинников было мало, действовали они недостаточно организованно и не смогли разогнать погромщиков, лишь на короткое время задержав их натиск на трибуну. Я. М. Свердлов и активисты успели невредимыми уйти с площади.

Под охраной полиции и казаков черносотенцы бесчинствовали до позднего вечера, нападая на отдельных прохожих, избивая и грабя их.

Черносотенный погром на Кафедральной площади воочию показал народу подлинный смысл царского манифеста 17 октября, показал, как правы были большевики, призывавшие народ не верить обещаниям царя и бороться против самодержавия — за социализм. События на Кафедральной площади 19 октября поставили перед большевистской организацией Екатеринбурга задачу — создать боеспособную дружину для охраны революционных выступлений народа.

Памятники деятельности большевистских боевых дружин

Большевистские боевые дружины возникли на Урале в сентябре 1905 года. Екатеринбургский комитет большевиков принял решение создать правильно организованную и хорошо вооруженную боевую дружину. Во главе ее был поставлен член Екатеринбургского комитета большевиков Ф. Ф. Сыромолотов. Число дружинников было доведено до 60—70 человек.

Создание боевой дружины облегчило борьбу партийной организации против распоясавшихся черносотенцев, готовивших нападения на квартиры революционных рабочих и террористические акты против руководителей большевистской организации. Дружинники стали патрулировать по улицам поселка Верх-Исетского завода и города, наблюдали за действиями черносотенцев, полиции и жандармов. Митинги, созываемые большевиками, получили надлежащую охрану.

Действия дружинников, решительные и смелые, быстро отрезвили контрреволюционеров. Ф. Ф. Сыромолотов рассказывает о следующем характерном случае: «…черносотенцы ломились в железные двери театра, где происходил митинг, дубинами барабанили по ней, орали, угрожали, при несомненном руководстве полиции. Нам пришлось открыть двери театра и сделать внезапный залп из револьверов… Это оказалось хорошим маневром и внушительным уроком. Черносотенцы без жертв отступили и рассеялись. Пришлось лишь усилить наружную охрану» 1.

Позднее, в декабре 1905 года, накануне вооруженного восстания, к которому активно готовилась и екатеринбургская организация большевиков, численность дружины достигла ста человек. Город был разделен на ряд боевых участков, за которыми закреплялась определенная часть боевой дружины. Был составлен подробный план восстания в Екатеринбурге, обеспечена доставка винтовок из Ижевска для вооружения дружинников.

Ф. Ф. Сыромолотов в своих воспоминаниях 2. пишет: «Осенью, после октябрьских дней мы… разрабатывали вопрос о возможности захвата военных складов с оружием… по моему чертежу уже в это время товарищи готовили чугунные бомбы, оболочки лили в Сысертском заводе и на заводе Ятес» (в Екатеринбурге,— Л. Н.).

1    Г. Рычкова. Военно-боевая работа большевиков Урала в период первой русской революции. Свердлгиз, 1945, стр. 10. (Речь идет о нападении черносотенцев на митинг в Верх-Исетском театре).
2    Архив Государственного музея Я. М. Свердлова, рукопись воспоминаний Ф. Ф. Сыромолотова, стр. 167.

Обучение дружинников стрельбе и основам тактики уличного боя производилось осенью 1905 года на так называемой Генеральской даче. Тогда это была довольно глухая окраина в северной части городского пруда. Еще в 30-х годах XIX столетия здесь был разбит парк и выстроена дача для начальника горных заводов Урала. Запущенный парк постепенно переходил в лес, тянувшийся далеко, вплоть до последних домишек поселка Верх-Исетского завода, а другой стороной примыкавший к железнодорожному поселку. Здесь в чаще и сходились дружинники для обучения стрельбе и тактике.

Памятное место занятий большевистских боевых дружин отмечено мемориальной доской, укрепленной на одном из зданий, сохранившихся на территории дачи.

После поражения декабрьского вооруженного восстания в Москве и на Урале большевики Екатеринбурга, как и других центров Урала, не прекращали военно-боевой работы. Старейший коммунист П. З. Ермаков рассказывал в своих воспоминаниях о существовавшей в 1906 году в Екатеринбурге подпольной школе боевиков. Школа помещалась в доме по ул. Тихвинской, 14 (ныне имени Хохрякова). Занятия здесь проводились по ночам. Собиралось человек 20—25. Изучали оружие, разбирали и собирали винтовку, револьверы, учились изготовлять бомбы. Практические занятия проводились далеко за городом в лесу, возле деревни Коптяки (18 километров к северу от Свердловска, на южном берегу Исетского озера). Здесь учились стрелять, бросать бомбы.

Военно-боевая работа на Урале в годы первой русской буржуазно-демократической революции послужила замечательной школой для большевистских партийных организаций, способствовала накоплению опыта организации вооруженных сил революции, выковывала кадры бесстрашных, беспредельно преданных делу партии бойцов и командиров. В годы первой русской революции были заложены основы созданной рабочим классом в 1917 году Красной гвардии, а затем и Красной Армии.

Школа партийных агитаторов и пропагандистов

Наряду с организацией вооруженных сил революции большевики уделяли много сил и внимания подготовке партийных кадров. Екатеринбургский комитет во второй половине октября 1905 года по инициативе Я. М. Свердлова организовал подпольную марксистскую школу агитаторов и пропагандистов. В состав слушателей школы вошли видные деятели екатеринбургской большевистской организации, революционеры Н. Е. Вилонов, Ф. Ф. Сыромолотов, С. А. Черепанов, М. О. Авейде, К. Т. Нов-городцева, рабочие екатеринбургских заводов —большевики П. 3. Ермаков, С. П. Глухих и другие — всего до 30 человек. Занятия в школе проводили Я. М. Свердлов, Н. Н. Замятин («Батурин») и другие лекторы. Школа работала до декабря 1905 года.

К. Т. Свердлова (Новгородцева) в своих воспоминаниях рассказывает: «Под школу было отведено особое помещение, мезонин в том доме на улице Либкнехта, где сейчас помещается музей имени Якова Михайловича Занятия происходили регулярно в назначенные дни. Андрей 2. сам отбирал из рабочего актива товарищей, пригодных для пропагандистской работы. В школе читали лекции по истории партии, по программе и тактике партии, изучали политическую экономию, историю революционного движения… Через школу распространялась марксистская литература, которую тогда открыто печатали в Москве и Петербурге» 3.

1    Дом 26, по ул. имени К. Либкнехта, ныне Государственный музей Я. М. Свердлова.
2    Партийная кличка Я. М. Свердлова.
3    К. Т. Свердлова. Яков Михайлович Свердлов, Свердл-гиз, 1946, стр. 39—40.

Помещение, где работала нелегальная партийная школа, восстановлено в том виде, какой оно имело во время занятий. В своих воспоминаниях один из слушателей школы С. П. Глухих, пишет: «По лестнице подымаешься в мезонин, открываешь дверь, входишь в небольшой коридор. В коридоре поставлен стол-киоск, на котором разложена революционная литература. Руководил киоском тов. С. А. Черепанов… За книжки платили деньги, но если у товарища денег не было, то давали бесплатно… Направо — комната. Очень бедная обстановка: стол, на котором стояла керосиновая лампа, несколько чурбанчиков, на которые укладывались доски, на них и сидели… Лекции были очень обоснованными и краткими»1.

1 Цитировано по рукописи В. Н. Мочалова, Архив музея Я. М. Свердлова.

В первом этаже дома находилась частная библиотека, принадлежавшая жене ссыльного Тихоцкой. В этой библиотеке, по воспоминаниям Ф. Ф. Сыромолотова, еще в 90-х годах можно было достать произведения Герцена, Чернышевского, Добролюбова, Писарева, а позднее библиотека превратилась в большевистскую явку. Здание имело несколько выходов, было расположено в центре города, что давало возможность незаметно собраться и быстро разойтись. Во время занятий здание охранялось членами боевой дружины.

На фасаде здания установлена мраморная мемориальная доска с надписью: «В этом здании в 1905 году под руководством Якова Михайловича Свердлова работала подпольная партийная школа агитаторов и пропагандистов большевиков».

Памятные места большевистских митингов

Екатеринбургский комитет большевистской партии умело и широко использовал для непосредственного обращения к массам даже те ограниченные возможности, которые предоставлял манифест 17 октября, «…большевики организованно появлялись и выступали на всевозможных собраниях в городе, независимо от того, кто их созывал, это продолжалось недолго» 1. Вскоре большевики перешли к организации самостоятельных собраний. «На большевистские митинги приходила всегда масса народа. В городе же было только два больших помещения — верх-исетский театр, который стоял там, где сейчас находятся братские могилы 2, да городской театр (теперь здание кино «Октябрь»). Все другие здания для наших митингов были малы. Толпа народа всегда оставалась за дверью.

Скоро оба театра оказались фактически в руках РСДРП, и уже к нам приходили спрашивать, когда можно занять театр под спектакль. Митинги шли почти ежедневно, то в одном, то в другом театре. Помещения наполнялись до отказа. Приходили преимущественно городские рабочие, но часто приезжали и рабочие с соседних заводов, крестьяне из ближних деревень» 3.

До нашего времени в Свердловске сохранилось несколько зданий, где созывались большевистские митинги в «дни свобод» 1905 года и звучал громовой голос Я. М. Свердлова, призывавшего массы к революционной борьбе против самодержавия, за победу социализма.

Чаще всего Я. М. Свердлов выступал в здании городского театра (ул. имени Ленина, 43, кинотеатр «Октябрь»). Известны восемь выступлений Я. М. Свердлова с этой трибуны 4.

1    К. Т. Свердлова. Яков Михайлович Свердлов, Свердл-гиз, 1946, стр. 36.
2    Ныне площадь Коммунаров. Верх-исетский театр в двадцатых годах снесен за’< ветхостью.
3    К. Т. Свердлова. В 1905 году (из воспоминаний). В сб. «Свердловск», Свердлгиз, 1946, стр. 139.
4    См. отчеты о митингах в газетах «Урал» и «Уральская жизнь», а также «Очерки истории большевистских организаций на Урале», Свердлгиз, 1951, стр. 84—85.

Важно отметить, что все митинги были большевистскими. Только два митинга 13 и 14 ноября были организованы первый — эсерами, а второй — мещанской управой, но и на этих митингах руководство взяли в свои руки большевики. Председателем митинга 13 ноября был единогласно избран Я. М. Свердлов. Именно об этом случае рассказывает К. Т. Свердлова: «…был такой казус с эсеровским митингом. Эсерам удалось захватить большой зал. Они рассчитывали провести митинг под своими лозунгами. Рабочие охотно шли на любое собрание. Помещение быстро наполнилось доотка-за. По- сцене самодовольно расхаживал местный «лидер» в шелковой русской рубахе. Ждали, когда в зале водворится тишина. Наконец, все сели, но как только открывавший митинг предложил выбрать председателя и назвал фамилию эсера, раздались дружные голоса: «Андрея председателем, Андрея!».

Эсеры начали было убеждать, что митинг собран эсерами, а Андрей — большевик и неудобно его избирать председателем, но слушать такие речи никто не захотел. Все настойчивее и решительнее требовали Андрея. Как ни обидно было эсерам, да ничего не поделаешь. Андрей занял председательское место, как настоящий хозяин, и провел митинг под большевистскими лозунгами» 1.

Даже буржуазная газета «Урал» вынуждена была в одном из своих отчетов признать, что «всегда на рабочих митингах председателем выбирается г. Михайлович («Андрей») 2.

1    К. Т. Свердлова. Яков Михайлович Свердлов, Свердл-гиз, 1946, стр. 38—39.
2    Газета «Урал» № 2447 от 19 ноября 1905 г. «Михайлович» и «Андрей» — партийные клички Я. М. Свердлова.

Кроме упомянутых двух митингов, созванных непролетарскими партиями, остальные митинги происходили по призыву большевиков. Верх-исетские рабочие, рабочие бастовавших механических заводов Ятеса, Береневых, бастующие почтово-телеграфные служащие и железнодорожники, сотни и тысячи трудящихся ознакомились на этих митингах с программой большевистской партии, с ее политическими лозунгами, слышали горячую речь ораторов-большевиков.

С трибуны митинга, происходившего в городском театре 21 ноября 1905 года, Я. М. Свердлов объявил собравшимся рабочим об организации в Екатеринбурге Совета рабочих депутатов. Я. М. Свердлов сообщил, что «в Совет вошли представители рабочих на заводах Ятес, Беренева, Коробейникова, электрической станции и др., по 1 от каждых 50 рабочих…»1. В своих выступлениях на митингах Я. М. Свердлов уделял также много внимания вопросам организации профсоюзов, призывал рабочих создавать классовые профсоюзы, боролся против так называемых компанейских союзов, в которые входили и предприниматели, отвлекавшие рабочих от борьбы за свои классовые интересы на путь культурничества, проповедовавшие классовый мир между хозяевами и работниками. По инициативе Я. М. Свердлова екатеринбургские большевики положили, таким образом, основание классовым профсоюзным организациям на предприятиях города.

1 Газета «Уральская жизнь» № 263 от 24 ноября 1905 г.

Екатеринбургский комитет вел непримиримую борьбу против буржуазных партий, пытавшихся вносить в рабочее движение конституционные иллюзии, отвлекавшие рабочих от революционной борьбы за социализм. Большевики шли на митинги, организованные эсерами, кадетами, разоблачали перед массами соглашательство буржуазии с царизмом и предательство мелкобуржуазных партий, отстаивали ленинскую тактику революционной социал-демократии в демократической революции.

Выступая в прениях по реферату эсера Стрижова на тему «Крестьянский вопрос с социалистической точки зрения», Я. М. Свердлов разоблачал взгляды эсеров на характер буржуазно-демократической революции. Это выступление Я. М. Свердлова происходило в зале думских заседаний земской управы (ныне дом на углу ул. имени Малышева, 46 и ул. имени Чернышевского, 1).

Я. М. Свердлов отстаивал ленинскую идею гегемонии пролетариата в демократической революции, подчеркивая, что только рабочий класс является последовательно-революционным классом, способным осуществить до конца задачи буржуазно-демократической революции. Впечатление от речи Я. М. Свердлова было исключительно сильным. Выступавшего с заключительным словом референта-эсера публика не стала слушать 1.

1 Газета «Урал» № 2446 от 18 ноября 1905 г.

Сокрушительные удары наносили большевики партии кадетов. 28 ноября 1905 года в концертном зале наследников Маклецкого (ныне Музыкальное училище, ул. Первомайская, 22) выступил с докладом о программе партии глава екатеринбургской кадетской организации Кроль. На митинг явились большевики во главе с Я. М. Свердловым. Повидимому, именно об этом собрании вспоминает тов. Залкинд («Фаддей»): «На собрания у кадетов ходили целой организацией… На одном из таких собраний, где выступал Кроль с докладом, мы решили выступить против. Давали пять, десять минут на каждога. Записалось человек 7. Можно было уступить свое слово. Первое слово взял Андрей, и вот для того, чтобы ему можно было высказаться побольше, все уступили ему свои пять минут…» 1. Таким образом, Я. М. Свердлов мог говорить более получаса и блестяще использовал эту возможность.

Лучше всего об успехе выступления Я. М. Свердлова говорит полный провал митинга, на который кадеты возлагали большие надежды 2. Из затеи кадетов ничего не вышло. Митинг сорвался, кадетский докладчик так и не добрался до изложения программы своей партии, истратив свое время на изложение истории самоуправления в России от древнейших времен. Никакой массовой базы кадеты в Екатеринбурге для себя приобрести не смогли, оставшись партией с чисто буржуазным составом.

1    Цитировано по воспоминаниям Ф. Ф. Сыромолотова. Архив Государственного музея Я. М. Свердлова, стр. 185—186.
2    Газета «Урал» № 2459 от 4 декабря 1905 г. Передовая статья «Еще на местные темы дня».

Пламенное большевистское слово было слышно повсюду. Немало памятных мест в Свердловске связано с выступлениями Я. М. Свердлова непосредственно на производстве. Известно, что Яков Михайлович выступал перед рабочими на механическом заводе Ятес (ныне завод транспортного машиностроения), в мастерских Екатеринбургского железнодорожного узла, на Верх-Исетском металлургическом заводе и других предприятиях.

Старейший коммунист, член екатеринбургской боевой большевистской дружины в 1905 году П. 3. Ермаков так рассказывал об одном из выступлений Я. М. Свердлова на Верх-Исетском заводе: «В первый раз я встретил Свердлова в октябре на Верх-Исетском заводе.

Фамилии его мы не знали. Знали, что будет выступать товарищ Андрей.

В листовом цехе собрался митинг — человек более двухсот… корпус был длинный, саженей около семидесяти. Хоть весь завод собирай. Никаких механизмов нет, только железо лежит в тюках. Рабочие собрались сразу после работы. Кто на тюках сидел, а большинство стояло. Митинг открылся. Предоставили слово товарищу Андрею.

… Он выступил и стал говорить. Роста был невысокого, а голос у него проникновенный, крепкий, звучный.

Он говорил о тяжелом положении рабочих, забастовках, о революционном движении в России. Призывал рабочих к борьбе. Его внимательно’ слушали. Очень уважали Андрея. Я заранее расставил патрули по всем проходным, чтобы полиция нас врасплох не застала. Рабочие вооружились, кто железиной, кто камнем, кто чем. Кое-кто из дружины имел браунинги, У меня был маузер.

Вдруг вбегают, кричат:

— Полиция!

Мой брат, Алексей Захарович, схватил одежду рабочую, шапку, закутал Андрея, подмазал его маленько и через котлы, через задний двор и заднюю проходную будку вывел его на Китайскую гору, и оттуда Андрей благополучно ушел» 1.

1 «Уральский рабочий» от 16 марта 1941 года, статья П. 3. Ермакова «Товарищ Андрей».

Места революционных массовок

Выдающийся организатор, Я. М. Свердлов с исключительным умением выбирал место и время массовых собраний, сообразуясь с обстановкой, с условиями работы. Поразительно быстро ориентируясь в обстановке незнакомого города, Я. М. Свердлов использовал обычную для Урала сухую и сравнительно теплую осень 1. для того, чтобы сразу после приезда в сентябре 1905 года провести несколько нелегальных собраний в окрестностях Екатеринбурга.

1 По справке Свердловской обсерватории, во второй половине сентября 1905 г. в Екатеринбурге средние температуры колебались днем в пределах 14—20 градусов выше нуля.

Одно из таких мест нелегальных собраний, проводившихся в окрестностях Екатеринбурга с участием Я. М. Свердлова, так называемые Шарташские Каменные палатки. В настоящее время они находятся в 10—15 минутах ходьбы от последней остановки трамвая во Втузгородке.

В 1905 году «палатки» были отделены от черты города расстоянием не менее трех километров, окружены густым сосновым лесом и болотами. Палатки представляют собою типичные «останцы», выветрившиеся гранитные скалы причудливой формы, производящие впечатление искусственно сложенного сооружения. В это, тогда довольно глухое место, и сходились по призыву большевистской организации рабочие екатеринбургских заводов. Вот что пишет один из участников митинга на Каменных палатках, старейший коммунист С. П. Глухих:

«… я видел его (Я. М. Свердлова — Л. Н.) на массовке у Каменных палаток.

Пробирались мы туда одиночками. Были посты расставлены. Подходишь, говоришь человеку:

— Товарищ, который час?

Он отвечает сразу:

— Иди вон по той дорожке.

Идешь, глядь, второй человек стоит. Ему другой пароль говоришь, и он направляет дальше, и так придешь в назначенное место.

Тогда у Каменных палаток собралось сотни две человек. На этой массовке были: Яков Михайлович, Сыромолотов, Лука (Черепанов), Кин (Павлушка) и другие товарищи.

Кругом лес. Яков Михайлович стоял на камне и говорил. Нам всем было прекрасно его видно и слышно» 1.

На митинги у Шарташских Каменных палаток собирались рабочие екатеринбургского железнодорожного узла и мастерских, текстильной фабрики братьев Макаровых, Верх-Исетского завода.

Теперь Шарташские Каменные палатки — одно из излюбленных мест экскурсий свердловчан. Сюда приходят многочисленные группы школьников и взрослых, чтобы осмотреть историческое место, выслушать рассказы участников нелегальных собраний, происходивших здесь, воспроизвести в своем воображении картины славного революционного прошлого.

О другом загородном месте выступлений Якова Михайловича Свердлова рассказывает К. Т. Свердлова 2.

1    С. П. Глухих. Всегда с массами. «Уральский рабочий» от 16 марта 1941 г.
2    Цитировано по рукописи В. Н. Мочалова. Архив Государственного музея Я. М. Свердлова, стр. 37.

«Помню большой митинг, на котором выступал «Андрей» впервые в Екатеринбурге. Собрались близ городской станции железной дороги (ныне станция Свердловск-пассажирская— А. Н.), где лес был достаточно густой и легко- можно было скрыться, если выследят. «Андрей» не заставил себя долго ждать. Одним из первых пришел на митинг. Переходил от одной группы товарищей к другой, оживленно разговаривал, деловые разговоры перемежал шуткой… держался он так просто, что даже обычно замкнутые товарищи при нем становились разговорчивыми.

Начался митинг. Выступил «Андрей». Он призывал нас к решительной борьбе с самодержавием. Оратор заражал своим горячим энтузиазмом, укреплял волю к борьбе и веру в победу. Внимание всех было приковано к нему, и, если бы он закончил свою речь призывом к немедленному действию, за ним поднялись бы все, как один человек — так волновала его речь.

Говорил «Андрей» так же просто, как делал все: никаких заученных ораторских жестов, никакой игры голосом, …но внимание слушателей не ослабевало, исключительная сосредоточенность мысли была в его речах, и, казалось, всякий внешний эффект только бы ослабил их силу».

Место, о котором идет речь в этом воспоминании К. Т. Новгородцевой, в настоящее время застроено. Здесь раскинулся один из новых, насыщенный промышленными предприятиями, Куйбышевский район Свердловска, выросший за годы послевоенных пятилеток.

Окрестности Екатеринбурга в дореволюционные годы много раз использовались большевистской организацией для проведения нелегальных митингов и собраний. Они происходили, помимо мест, указанных выше, в лесу за современной территорией Центрального парка культуры и отдыха, на Калиновских разрезах (вблизи от Пыш-минского тракта, на речке Калиновке), на островах и полуостровах Верх-Исетского пруда, на «Митькиной горе» (близ поселка «Красная звезда»), в лесу возле линии городской железной дороги. Местом нелегальных собраний служили также кладбища — Ивановское, Михайловское, лютеранское, магометанское.

Свердловск окружен многочисленными памятными местами большевистских сходок, маевок, массовок. В цехах заводов, на трибунах народных собраний в общественных зданиях, на площадях, в рядах демонстрантов, на тайных сходках в лесу — всюду, где собирались трудящиеся Екатеринбурга в дни первой русской революции, вместе с массами и во главе масс были большевики. Руководимые верным ленинцем Я. М. Свердловым, они поднимали массы на развитие революции, боролись против либеральной буржуазии, против соглашательства меньшевиков, авантюризма эсеров и анархистов, за руководящую роль рабочего класса в демократической революции, за союз с крестьянством. Большевики готовили массы к вооруженному восстанию.
Большевистские явки и нелегальные квартиры

Я. М. Свердлов был подлинным мастером революционной конспирации. В первые дни после приезда в Екатеринбург, в условиях жестоких полицейских преследований, обрушившихся на большевистскую организацию, когда значительная часть комитета была посажена в тюрьму, Я. М. Свердлов говорил К. Т. Свердловой:

«Работа так широко развертывается — все равно все шпики будут сбиты с толку, не будут знать, за кем следить и как следить» 1.

1 К. Т. Свердлова, Яков Михайлович Свердлов. Свердл-гиз, 1946, стр. 16.

Именно в таком положении и оказались жандармы, полицейские, провокаторы в Екатеринбурге, когда большевистская организация под руководством Я. М. Свердлова развернула широкую работу в массах. Ни в условиях открытого полицейского террора, ни в «дни свобод» аппарат царского самодержавия и буржуазные партии не смогли изолировать большевиков от масс, оказались не в состоянии обезглавить большевистскую организацию. Смело появляясь на нелегальных собраниях и митингах в крупнейших аудиториях города, Я. М. Свердлов и члены Екатеринбургского комитета большевиков оставались неуловимыми для властей. За все время работы Я. М. Свердлова екатеринбургские власти не смогли обнаружить его местопребывания.

Причина этого заключается не только в исключительном таланте организатора и конспиратора, но прежде всего в том, что «этот профессиональный революционер никогда, ни на минуту не отрывался от масс. Если условия царизма и обрекали его, как и всех тогдашних революционеров, на деятельность преимущественно подпольную, нелегальную, то и в этой подпольной и нелегальной деятельности тов. Свердлов шел всегда плечо к плечу и рука об руку с передовыми рабочими» 1.

1 В. И. Ленин, Соч. т. 29, стр. 72.

Рабочие охраняли его на митингах от покушений оголтелых черносотенцев, выводили с территории завода, оцепленной полицейскими, укрывали в своих квартирах. Рабочие как зеницу ока берегли своего любимого руководителя.

В Свердловске сохранилось немало домов, где в разное время жил Я. М. Свердлов. Первая квартира, где Я. М. Свердлов остановился по прибытии в Екатеринбург, находилась в доме по нынешней ул. имени Малышева, 62. Здесь же была и большевистская явка. Значительная часть других квартир располагалась также в центральной части города: на ул. имени Ленина, 27, на углу улиц имени Ленина и Луначарского, на ул. Физкультурников, 1, ул. Спорта, 18, ул. имени Белинского, 25.

Квартиры Я. М. Свердлова являлись одновременно местами заседаний Екатеринбургского комитета РСДРП, встреч Я. М. Свердлова с работниками партийной организации. А это требовало такого выбора квартиры, который обеспечивал бы возможность незаметно собираться и расходиться сравнительно большому количеству людей. Понятно, что на малолюдной, глухой, окраинной улице, где жители знают друг друга в лицо, появление незнакомого человека могло бы вызвать нежелательный интерес к нему и привести к провалу нелегальной квартиры. На центральных улицах, сравнительно оживленных, легче было избегнуть полицейской слежки.

Этим же объясняется и расположение большевистских явок, помещавшихся в книжном магазине (ныне ул. имени Ленина, 38), в библиотеке Тихоцкой (ныне ул. имени Карла Либкнехта), а также в Бюро общества Уральских горных техников, секретарем которого был Ф. Ф. Сыромолотов. Все эти явки устраивались, как видно, в людных местах, посещаемых ежедневно десятками людей, среди которых терялись приезжающие на явку.

В течение долгого времени Я. М. Свердлов жил на квартире прачки А. К. Митюниной, которая сдавала жильцам «углы» (ныне ул. имени Белинского, 25). Здесь квартировали член Екатеринбургского комитета РСДРП — С. А. Черепанов («Лука») и его брат А. А. Черепанов («Титыч»).

На квартире Митюниной часто происходили заседания Екатеринбургского комитета, занятия социал-демократического кружка 1.

В этой же квартире печатались прокламации Екатеринбургского комитета РСДРП.

«Андрей работал день и ночь. Жил он чаще всего без квартиры, скитался по ночевкам… Сережа Черепанов, как местный человек, хорошо знавший все квартиры в городе, заботился об Андрее. Обеспечивал ему ночевку, не забывал обеспечить хотя бы самым скромным питанием» 2.

1    Некоторые вещи из квартиры Митюниных, которыми пользовался Я. М. Свердлов, хранятся в Государственном музее Я. М. Свердлова.
2    К. Т. Свердлова. Яков Михайлович Свердлов, Свердл-гиз, 1946, стр. 18.

Несколько улучшилось бытовое положение Я. М. Свердлова и других членов комитета большевиков-подпольщиков в ноябре, в так называемые «дни свобод», когда все внимание полицейских и жандармов было отвлечено ежедневно происходившими в городе многочисленными митингами и собраниями, забастовками. В это время почти все екатеринбургские большевики, находившиеся на нелегальном положении, поселились в одной квартире. Дом сохранился до настоящего времени (ул. имени Кирова, 31). Он принадлежал родителям К. Т. Свердловой, сочувствовавшим революционному движению, и жильцы пользовались здесь относительным покоем. Отпала необходимость посещать многочисленные явки и лишний раз попадаться на глаза черносотенцам и полиции, знавшей в лицо многих из большевиков-комитетчиков, часто выступавших на митингах и собраниях. Наконец, общая квартира позволила наладить и регулярное питание. По очереди два товарища готовили обед, производили уборку.

«С утра в квартиру приходили рабочие, пропагандисты, агитаторы, боевики — все, у кого было дело к комитету. Квартира стала революционным штабом. Товарищи, приезжавшие из соседних заводов за литературой, за директивами, также шли на эту квартиру. Штаб-квартира экономила время. Здесь многие дела решались несравненно быстрее, чем они могли бы быть решены, если бы люди были разбросаны по разным концам города… По вечерам квартира пустела, все товарищи шли на рабочие собрания, на митинги» 1.

1 К. Т. Свердлова. Яков Михайлович Свердлов, Свердл-гиз, 1946, стр. 18.

Квартира эта просуществовала до января 1906 года. Полиция и жандармы, рассчитывавшие арестовать здесь все руководство Екатеринбургского комитета, потерпели неудачу. В окруженном казаками и внезапно обысканном доме Новгородцевых полицейские не обнаружили никого, кроме домовладельцев.

На доме установлена мемориальная доска. Внутренняя обстановка дома восстановлена в макете, демонстрируемом в Государственном музее Я. М. Свердлова.

Нелегальные большевистские типографии

Большевистские подпольные типографии в Екатеринбурге возникли после оформления Уральской областной организации РСДРП в 1904 году. Аресты членов Уральского областного комитета РСДРП в сентябре 1904 года не могли прервать работы местных комитетов партии. Особенно активно работали большевики Екатеринбурга. Сюда в декабре 1904 года прибыли Н. Н. Замятин («Батурин») и Н. Е. Вилонов («Михаил Заводский») —профессиональные революционеры-большевики. Уральский областной комитет был восстановлен. Одним из первых организационных мероприятий комитета явилось создание собственной подпольной «техники» — типографии.

Повидимому, первая большевистская типография в Екатеринбурге была организована во второй половине 1904 года под руководством С. А. Черепанова, возглавлявшего в то время Екатеринбургский комитет РСДРП.

О наличии партийной типографии в Екатеринбурге уже в ноябре 1904 года свидетельствует тот факт, что в этом месяце Екатеринбургский комитет РСДРП выпустил несколько прокламаций и листовок, преимущественно разоблачавших политику царского правительства в связи с русско-японской войной.

Типография помещалась на квартире Черепанова во дворе городской электрической станции «Луч», находившейся по нынешней ул. имени Горького.

Эта типография просуществовала до 23 января 1905 года и была ликвидирована жандармами. Во время обыска на квартире С. А. Черепанова было найдено 348 экземпляров листовок, различная другая нелегальная литература и «некоторые принадлежности ручной типографии» 1. Памятник этот не сохранился.

1 М. Свиридов. Дореволюционная большевистская печать Урала. «Уральский рабочий» от 5 мая 1941 г.

Помимо типографии, работавшей на квартире С. А. Черепанова, зимой 1904—1905 года в распоряжении Екатеринбургского комитета была еще одна типография, доставленная в город в декабре 1904 года 1.

1 По словам Ф. Ф. Сыромолотова, он доставил эту типографию вместе с Н. Е. Вилоновым, который прибыл в Екатеринбург в декабре 1904 года (см. «Очерки истории большевистских организаций на Урале», стр. 54). Следовательно, это была не та типография, которая работала на квартире Черепанова.

Типографию создали на Пышминско-Ключевском медном руднике, где Ф. Ф. Сыромолотов служил управляющим.

Сведений о первоначальном месте работы этой типографии не сохранилось. Известно только, что ее работа прекратилась в связи с арестом членов Екатеринбургского комитета РСДРП в конце января 1905 года. Возможно, что о ликвидации именно этой типографии рассказывает в своих воспоминаниях К. Т. Свердлова.

«В январе 1905 года наша партийная организация переживала тревожные дни. Около всех квартир, бывших у полиции на примете, шныряли шпики,.. В один из этих дней партийному комитету сообщили, что жандармы поставили шпиков около дома, где помещалась подпольная типография. Надо было немедленно спасать типографию от разгрома.

Типография, о которой идет речь, начала работать зимой 1904 года. Шрифт собирался по букве, по горсточке. На это ушло несколько месяцев. Станок изготовил самый надежный человек. Квартиру для типографии подобрали на окраине города, куда шпики боялись соваться. Захватят жандармы типографию — значит, пропадет с огромным трудом собранное партийное имущество, и вся губерния на несколько месяцев останется без революционного печатного слова.

Поздно вечером несколько товарищей пошли в типографию. Руководил всем делом Михаил Вилонов (Заводский), работавший на Урале по заданию ЦК… Надо было действовать смело и быстро. Взять шрифт, аккуратно запакованный в холщевые мешочки, и разобранный станок — было делом нескольких минут. Из квартиры товарищи вышли через соседние дворы и огороды…

Типографию убрали во-время: в ту же ночь в опустевшей квартире был сделан обыск…

Типографию мы отвезли в лес» 1.

Через несколько недель типографию восстановили, подыскав для нее помещение на Верх-Исетском заводе. О работе этой типографии рассказывает А. П. Кин (партийные клички «Лиза», «Орехова»), направленная в январе 1905 года вятской организацией на Урал  2.

1    К. Т. Свердлова. В 1905 году (из воспоминаний), Сб. «Свердловск», Свердлгиз, 1946, стр. 133.
2    А. П. Кин. В подпольной типографии. Воспоминания, «Уральский рабочий» № 101 от 5 мая 1927 г.

«Мне было предложено продвинуться в Екатеринбург. Приехав сюда, я узнала, что здесь недавно был провал всего состава комитета, уцелела только Клавдия Тимофеевна Новгородцева… Она предложила мне работать в комитетской типографии и дала паспорт на имя Анны Васильевны Краевой…

Нами была найдена на Верх-Исетском заводе квартира, поселились в ней трое: я и еще двое товарищей… По паспортам мы должны были представлять одну семью, т. е. один из них был как бы моим мужем, а другой братом (фиктивно).

Квартира наша представляла из себя небольшую покосившуюся хибарку в два окна. Обои ободраны, потолок закопчен, пол покосился…

Мебель — два табурета — ставили на видное место, на столе лежали счеты, бумаги, кое-какие книги, чтобы можно было подумать, что живет конторщик, берущий работу на дом… Станок прятали за занавес. В другой комнате, кроме корыта, ведра, таза и висящей одежды, ничего не было (корыто третьему из нас заменяло стул во время еды)».

Условия работы в подпольной типографии были исключительно тяжелыми. Месяцами люди не выходили из помещения, не показывались на улицу. За восемь месяцев работы в типографии автор воспоминаний и ее товарищи единственный раз получили разрешение организации посетить массовку за городом. Работали по ночам и днем. Приходилось остерегаться на каждом шагу:    прихода хозяина, любопытствующей соседки,
чтобы не проговориться, не выдать себя и не провалить организацию. «С техникой обычно сообщался только один человек, в данное время это была Клавдия 1., приходившая к нам часов в 9—10 вечера. Она знакомила нас со всеми партийными новостями…»

1 К. Т. Новгородцева (Свердлова).

Напечатанные в типографии листовки доставлялись на конспиративную квартиру организации в городе, а оттуда литература распространялась районными организаторами по заводам и фабрикам.

Эта типография Екатеринбургского комитета просуществовала сравнительно долго — с января по август 1905 года. «При той конспирации, какой требовала наша работа, — пишет А. П. Кин, — не приходилось засиживаться долго на одной и той же квартире — за восемь месяцев существования нашей типографии мы сменили три квартиры».

Если адрес первой квартиры остался до сих пор неизвестным, то вторая квартира этой типографии сохранилась. Она и сейчас находится в доме на ул. имени Каляева, 34, принадлежавшем в 1905 году рабочему Верх-Исетского завода А. Е. Мокееву. Он знал о том, что в его доме помещалась нелегальная большевистская типография, помогал ее работникам.

Именно здесь печатались большевистские прокламации к памятным первомайским демонстрациям 1905 года.

После первомайских листовок,— пишет автор воспоминаний, — полиция бросилась на поиски нашей типографии, но мы сумели сохранить ее: закопали в лесу, куда вывезли ночью на лошади Новгородцевых» (родители К. Т. Новгородцевой, — Л. Н.).

Недели через две работа типографии возобновилась на новом месте — заимке, принадлежавшей тетке К. Т. Новгородцевой — А. Ф. Мыльниковой. Заимка находилась за городом, близ городских боен, по так называемому Елизаветинскому тракту 1. В начале августа эта типография была раскрыта жандармерией с помощью предателей. Арестованы были работники типографии и К. Т. Новгородцева, а также другие члены Екатеринбургского комитета. Выпустили их из тюрьмы только 19 октября под давлением демонстрантов, организованных большевистским комитетом.

Такова история одной большевистской типографии в Екатеринбурге. А за период 1904—1907 годов в Екатеринбурге работало свыше 15 большевистских подпольных типографий 2.

1    В настоящее время постройки заимки не сохранились.
2    В. Н. Мочалов. Исторические места гор. Свердловска. Рукопись. Архив Государственного музея Я. М. Свердлова, стр. 41.

Особенно широко развернулось на Урале и, в частности, в Екатеринбурге издание нелегальной большевистской литературы с 1907 года.

С 1 февраля 1907 года в Екатеринбурге стал издаваться орган Екатеринбургского, впоследствии Уральского областного комитета РСДРП, газета «Рабочий» (в сентябре 1907 года переименована в «Уральский рабочий»). Это был первый печатный орган уральской областной партийной организации. Первые номера «Рабочего» были напечатаны в типографии, принадлежавшей предпринимателям Галину и Ершову. Здание этой типографии сохранилось до настоящего времени (ул. имени Ленина, 20. Набиралась и печаталась газета, конечно, без ведома хозяев. Рабочий Бартенев, по профессии печатник, так рассказывает об условиях этой работы:

«Дело в том, что ни хозяин, ни управляющий при типографии не находились, оставалась она на хранении сторожа, сторожем был старик, у него молодой сын Сережа. Я сперва поговорил с Сережей, а потом уж со стариком. Мне тогда представилась возможность вече-ровать, т. е. я получал работу на час, на два и дело с концом, а потом хоть всю ночь печатай. В этом отношении там было удобно. Вслед за летучками вышел и номер газеты…» 1.

1 «Уральский рабочий» № 103 от 5 мая 1928 г.

Условия конспирации не позволяли сосредоточивать все производство большевистской печатной продукции в одном месте. Судя по воспоминаниям старых рабочих-полиграфистов, работавших в Екатеринбургских нелегальных типографиях в 1906—1907 годах, набор и печать большевистской литературы производилась в различных местах — частью в нелегальных типографиях (ул. Красноармейская, 48, ул. имени Шевченко, 25 и 16, ул. Нагорная, 32), частью тайно, в ночное время в частных типографиях города, например, в типографии газеты «Уральская жизнь». Был даже случай, когда один из владельцев типографии за определенную мзду отпечатал в своей типографии около 10 000 экземпляров большевистских листовок 1.

Печатание и распространение нелегальной большевистской литературы в Екатеринбурге приобрело большой размах. Тиражи отдельных номеров «Рабочего» достигали 10 000 экземпляров. Понятно, что такую массу печатной продукции нужно было умело хранить и достаточно быстро распространять. Для этого Екатеринбургская партийная организация создала специальный, четко работавший аппарат. В разных местах города имелись нелегальные экспедиции и склады большевистской литературы. Одна такая экспедиция находилась в доме по ул. Тихвинской, 12 (ныне ул. имени Хохрякова). Сюда ночью приносили литературу, отпечатанную тайком в типографии, находившейся поблизости (типография Галина и Ершова). Часть литературы забирали отсюда районные организаторы Екатеринбурга, другую часть отправляли в экспедицию по ул. имени Розы Люксембург, 24, где в квартире сапожника И. М. Гребнева находился склад нелегальных изданий. Здесь литературу упаковывали в посылки и рассылали по губернии.

Экспедиция и склад работали до июня 1907 года, когда они были ликвидированы жандармами 2.

1    Воспоминания рабочих Перчаточникова и Бартенева. «Уральский рабочий» № 103 от 5 мая 1928 г.
2    Рапорт Екатеринбургского полицеймейстера Пермскому губернатору, июль 1907 г. Фото-фонд Свердловского областного краеведческого музея.

В годы первой русской революции, в годы реакции большевистская организация говорила с массами на простом и понятном языке большевистской печати. Десятки тысяч печатных листовок, брошюр, газет несли в массы пламенное слово партии, поднимавшее миллионные массы трудящихся на борьбу против самодержавия, за победу социалистической революции.

Сохранившиеся в Свердловске дома, где работали подпольные большевистские типографии, воочию показывают, в каких условиях рождалась и крепла большевистская печать Урала. Это памятники величайшего революционного мужества, упорства, дерзости и самоотверженности большевиков-подпольщиков. Презирая нужду и лишения, уходя от преследований шпиков и полицейских, работники подпольной большевистской печати неутомимо работали в этих типографиях во имя великой цели — социалистической революции.

Верх-Исетская больничная касса

В полукаменном домике на Матренинской улице (ныне — ул. имени Синяева, 23) обосновалась одна из первых больничных касс в России — касса рабочих Верх-Исетского завода, руководство которой осуществляли большевики. Работу больничной кассы верх-исетских рабочих высоко оценивал большевистский журнал «Вопросы страхования».

Выборам кассы предшествовала большая разъяснительная работа, которую проводили большевики на нелегальных собраниях рабочих.

На этих собраниях большевики разоблачали меньшевиков и эсеров, уговаривавших рабочих подчиниться всем требованиям царского закона о страховании и покорно принять его, призывали превратить страховые органы в классовые организации пролетариата.

Результатом большевистской работы во время проведения страховой кампании явился пересмотр типового устава страховой кассы верх-исетских рабочих. Устав был изменен в духе пролетарских требований, а правление кассы в большинстве своем избрано из рабочих. Председателем кассы был избран рабочий-большевик Н. М. Давыдов. Губернатор не утвердил кандидатуру Давыдова, только что вернувшегося из ссылки и руководившего стачкой. Но вместо него председателем кассы рабочие выдвинули рабочего-большевика М. Похалуева.

Секретарем страховой кассы на Верх-Исетском заводе работал с 1914 по 1917 год Иван Михайлович Малышев — один из руководителей екатеринбургской большевистской организации. В составе правления кассы работали также рабочие-большевики В. И. Ливадиых, А. В. Рогозинников, А. Е. Мокеев.

В доме В. И. Ливадных (ныне ул. имени Синяева, 23) происходили не только заседания правления кассы. Здесь фактически было местопребывание комитета большевистской организации верх-исетских рабочих. Страховая касса являлась лишь легальным прикрытием для революционной деятельности большевистской первичной организации на одном из крупнейших предприятий Екатеринбурга.

Положение формально вольнонаемного, а не выборного работника страховой кассы предоставляло И. М. Малышеву исключительные возможности для ведения партийной работы. В правление кассы мог свободно придти и, не вызывая подозрений, беседовать с ее секретарем любой рабочий и служащий завода. Под предлогом устройства дел кассы Малышев имел возможность свободно передвигаться по городу, посещать партийные явки. Так, в частности, в 1914 году И. М. Малышев встречался с Л. И. Вайнером в фойе конторы страхового общества «Россия», помещавшейся в здании, расположенном в самом центре города (ныне Банковский переулок, 2).

Ряд зданий в Свердловске является памятниками деятельности большевиков города в легальных организациях, использования легальных возможностей для революционной работы.

Член Екатеринбургского комитета большевиков Л. И. Вайнер в 1912—1914 годах служил в Екатеринбургском потребительском обществе и был членом правления профсоюза торговых служащих. Легальная служба давала возможность Л. И. Вайнеру под видом приема посетителей встречаться с членами большевистской организации, с рабочими, вести революционную работу. Служебные помещения потребительского общества (ныне ул. имени Вайнера 12/2) и клуба приказчиков (ныне ул. имени Ленина, 16), где помещалось и правление профсоюза,— фактически в 1912—1914 годах использовались, как большевистские явки. Такую же роль играло в 1908—1909 годах помещение профсоюза металлистов, в котором работали несколько большевиков.

Замечательный пример сочетания легальных и нелегальных методов работы революционной партии рабочего класса дала деятельность большевиков — членов IV Государственной думы. «Не ограничиваясь работой в думе, депутаты-большевики развили большую деятельность вне думы. Они выезжали на фабрики и заводы, ездили по рабочим центрам страны с докладами, устраивали тайные собрания, на которых разъясняли решения партии, создавали новые партийные организации» 1.

1 История ВКП(б). Краткий курс, стр. 150.

В июне 1914 года по решению ЦК партии на Урал прибыл член Государственной думы большевик М. К. Муранов. Ему поручено было провести подготовительную работу по созыву намечавшегося съезда партии и областной партийной конференции, а также помочь уральским большевикам создать областной комитет партии вместо разгромленного жандармами.

Посетив Пермь, Лысьву, Чусовую, Надеждинск, М. К. Муранов в конце июня 1914 года приехал в Екатеринбург. Остановился большевистский депутат на квартире у Верх-исетского рабочего-большевика Н. М. Давыдова (ныне ул. имени 9 января, 56). Здесь был разработан в деталях план встречи М. К. Муранова с рабочими.

Это была нелегкая задача. После недавней стачки на Верх-Исетском заводе полиция и жандармерия не спускали глаз с большевиков-активистов. А нужно было собрать крупное собрание. Муранову, за которым неотступно следили шпики, нельзя было задерживаться в городе. Да и присутствие его на многих собраниях могло привести к раскрытию партийных явок и конспиративных квартир. Поэтому решено было созвать собрание в окрестностях города.

Местом сходки избрали живописный полуостров Гамаюн, километрах в 6—7 от Верх-Исетского завода, на левом берегу пруда. В воскресенье 29 июня 1914 года сюда потянулись группы рабочих. Кто на лодках по пруду, кто по берегу пешком, с кошелками, наполненными провизией, с рыболовными принадлежностями, с самоварами. Группы двигались к месту сбора в разное время в течение дня. Идущих на собрание встречали патрульные. Со стороны пруда место сбора также охраняли патрули, разместившиеся в лодках.

Собрание началось около полуночи. М. К. Муранов сделал собравшимся доклад о расколе социал-демократической фракции Государственной думы и о революционной работе, проводимой большевистскими депутатами, образовавшими после раскола самостоятельную фракцию.

Подавляющее большинство участников собрания единодушно приняло резолюцию, одобрявшую деятельность большевиков в Государственной думе и осуждавшую предательство меньшевиков.